Главная тайна британской Короны

Принято считать, что в Великобритании конституционная монархия, а королева не участвует в управлении государством. Однако ритуальная роль Ее Величества — это лишь дымовая завеса.

В прошлом месяце королеве Великобритании Елизавете II исполнилось 96 лет. В этот день Ее Величество заметили на переднем пассажирском сиденье Range Rover в неформальном образе: в солнечных очках и с ярко-розовой помадой на губах, пишет журнал People. Уточняется, что королева направлялась в поместье Сандрингем в графстве Норфолк на востоке Англии, чтобы отметить день рождения. Это резиденция, где любил бывать покойный супруг королевы — принц Филипп, герцог Эдинбургский. Там же королевская семья традиционно празднует Рождество.

В Великобритании вообще сильны традиции. А Корона — пожалуй, их главный символ.

СЕМЬДЕСЯТ ЛЕТ У РУЛЯ

Королевой Великобритании Елизавета II стала в 25-летнем возрасте 6 февраля 1952 года, когда умер ее отец, король Георг VI. Впрочем, власть на нее свалилась не неожиданно — в возрасте 18 лет она уже была одним из пяти «государственных советников» (то есть лиц, имеющих право выполнять функции короля в случае его отсутствия или недееспособности). В то далекое время Ее Величество еще, конечно, нельзя было назвать опытным управленцем, но в самые сокровенные государственные тайны отец, несомненно, ее посвятил.

На царствование Елизаветы II выпал весьма широкий период британской и мировой истории, знаменательными событиями которого стали распад Британской империи и ее трансформация в Содружество наций, процесс деколонизации, холодная война, выход человека в космос и высадка на Луне, появление телевидения и интернета, вхождение Великобритании в Европейский союз и выход из него, урегулирование длительного этнополитического конфликта в Северной Ирландии, победа в Фолклендской войне, участие Великобритании в войнах в Ираке и Афганистане, финансовый кризис 2008 года, референдум о независимости Шотландии, пандемия коронавирусной инфекции.

Считается, что в этих непростых условиях (а когда они были простыми?) Ее Величество смогла сохранить престиж и популярность британской монархии, хотя иногда она сталкивалась с республиканскими настроениями и критикой прессы в адрес королевской семьи, особенно после распада браков ее детей и гибели принцессы Дианы в 1997 году. В настоящее время она является самым долгоправящим и старейшим монархом в британской истории, а также самым долгоправящим и старейшим главой государства в мире.

Династия Виндзоров появилась лишь в 1917 году. До того она сравнительно недолгое время (1901–1917 гг.) называлась Саксен-Кобург-Готской, которая пришла на смену Ганноверской. Однако в разгар Первой мировой войны Георг V отказался за себя и свою семью от всех германских титулов и званий, а также от родового имени, приняв фамилию «Виндзор» по наименованию Виндзорского замка. Историки считают, что одним из поводов для ребрендинга династии стала бомбежка Лондона немецким самолетом Gotha G.IV — само название воздушного судна напоминало о фамилии, которую носил король, и это было унизительно.

Практически с первых дней после восшествия на престол Елизавета II возродила порядок, установленный отцом: каждый вторник, за исключением тех, что приходятся на Рождество, она встречается с премьер-министром. Таким образом, первым премьер-министром, которого принимала в Букингемском дворце Ее Величество, был Уинстон Черчилль.

Разговоры, которые ведутся во время этих аудиенций, являются государственной тайной.

Встречи по вторникам — далеко не единственный акт участия королевы в делах государства. Ежедневно, кроме Рождества и Пасхи, вот уже семьдесят лет Ее Величество получает Royal red boxes (красные королевские коробки) — пакеты документов из парламента, кабинета министров и министерства по делам Содружества (так теперь скромно именует себя империя), требующие ее подписания. Именно подпись Елизаветы II превращает законопроекты в законы.

Принято считать, что подписание королевой документов — это ритуал. Более того, британцы до недавнего времени искренне верили, будто с 1707 года не было случая, чтобы сюзерен воспользовался своим правом вето. Большие любители традиции, островитяне гордятся тем, что конструкция таинственных Royal red boxes не менялась с 1860-х годов, знают, как они выглядят (по сути, это портфели), сколько стоит их изготовление. Этакая патриархально-консервативная идиллия: королева-мать, выполняя свои ритуальные функции, каждый день открывает пахнущие кожей старинные коробки и послушно ставит свои автографы под документами, уже принятыми обеими палатами парламента. Не читая.

Однако это лукавство: королева и впрямь подписывает все законопроекты, но вовсе не потому, что так того требует ритуал. Просто Ее Величество участвует в законотворческой деятельности на ранних стадиях, а потому получает в Royal red boxes уже выверенные и прочитанные ею документы, в которых учтены все замечания.

ВСЕ НЕ ТАК, КАК КАЖЕТСЯ

На самом деле в Великобритании нет такого поста, как премьер-министр — так главу кабинета называют, можно сказать, в экспортном варианте. Правильное название должности — Главный советник монарха. По существующим обычаям (конституции, как известно, в стране нет), сюзерен сам назначает своего главного советника из числа самых авторитетных депутатов парламента.

С декабря 2019 года парламентской оппозицией является Лейбористская партия. Это тоже не вся правда. Правильное ее название — Верная оппозиция Ее Величества (Her Majesty’s Loyal Opposition). Публично глава государства не участвует в управлении государством, но в действительности Корона (наследник престола принц Чарльз давно принимает участие в еженедельных встречах с премьер-министром) жестко руководит своим парламентом.

До недавнего времени считалось, что Букингемский дворец интересуют только свои доходы, которые регулируются законом. Однако недавно открылось, что интересы Короны куда шире. К удивлению британцев, вдруг выяснилось, что их страна собиралась вторгнуться в Ирак еще в 1999 году, по этому случаю парламент решил подготовить законопроект, который позволял бы наносить удары без королевской санкции. Однако Елизавета II не разрешила лишить ее права объявлять войну, которым пользовались все Виндзоры, и росчерком пера запретила депутатам разрабатывать законопроект. «Это открывает глаза тем, кто верит, что королева играет лишь церемониальную роль», — удивился член Палаты общин Эндрю Джордж.

Сколько законов, имевших прямое отношение к британскому обществу, так и не дошло до парламента, точно никто не знает. Благодаря утечке, опубликованной газетой The Guardian, известно лишь о 39-ти, на которые наложила вето Елизавета II, и еще двадцать заветировал принц Чарльз. Среди них такие важные, как Законопроект Европейского Союза 2004 г., о предотвращении и контроле загрязнения (1999 г.), о Палате лордов 1999 г., Жилищный закон 1996 г., о высшем образовании 2004 г., о работе и семье 2005-06 гг., об алиментах и других платежах (2006/07), о судах, трибуналах и правоохранительных органах 2007 г., об энергетике 2007-08 гг. и многие, многие другие.

Британцы от таких известий испытали легкий шок. Странно, что их так удивила политическая активность главы государства и ее наследника.

Тому же Эндрю Джорджу было бы достаточно заглянуть на официальный сайт британского парламента, чтобы убедиться: власть королевы абсолютна и ограничена лишь волей монарха. «После того как законопроект одобрен большинством в Палате общин и Палате лордов, он должен получить официальное согласие Короны — королевскую санкцию. Именно она превращает законопроект в закон в Великобритании», — так описываются здесь взаимоотношения монархии и законодательного органа страны. В преамбуле сказано и вовсе без обиняков: «Наряду с Палатой общин и Палатой лордов Корона является неотъемлемой частью института парламента».

Правда, здесь же говорится и о церемониальной роли сюзерена. Теперь мы знаем, что за этим кокетством скрывается весьма активная роль Короны в делах своей империи.

По сути, политическая конструкция британской власти выглядит так: во главе государства стоит сюзерен, у него есть парламент с двумя палатами, одна из которых избирается населением по партийным спискам, а другая назначается узким кругом лиц. То есть все наоборот: именно парламент, скорее, выполняет ритуальную (точнее, экспертную) роль. Реальная же власть принадлежит Короне.

Уже давно понятно, что власть Короны безгранична и абсолютна, она лишь мимикрировала за последний век, сделав правильные выводы после падения Российской, Османской, Австро-Венгерской и Германской империй. Теперь Великобритания делает вид, что является демократией, а роль королевы в управлении — исключительно ритуальная.

АНГЛИЙСКАЯ ЭЛИТА

Несколько лет назад Мирон Федоров, более известный как рэпер Оксимирон, поделился своими впечатлениями об учебе в престижном Оксфордском университете. Здесь он столкнулся с настоящей британской элитой. Вот несколько тезисов.

● Подлинная миссия оксфордского образования — не академическая, а культурно-политическая и воспитывает не ученых, а кадры. Дипломатов, светских львов, банкиров, юристов, высшие армейские чины. Оксфорд — в первую очередь инкубатор по воспроизведению английской элиты, окончательно заточенный в XIX веке под бесперебойное обеспечение Британской империи управленцами и претерпевший с викторианских времен скорее косметические изменения.

● Традиция сохраняется: вся система обучения и времяпрепровождения до сих пор целиком подстроена под дворянство, составляющее на сегодняшний день около 50 процентов учащихся. Это выпускники элитных частных школ типа Итона и Вестминстера, которых по Англии от силы 10 процентов всех учебных заведений. Навязанные извне 50 процентов — все эти «талантливые черные математики из неблагополучных семей» — равноправно крутятся в инкубаторе три года, напоследок гордо фотографируются с дипломом и счастливыми родителями, после чего возвращаются в ту же среду, из которой вышли три года ранее. Они пополняют ряды учителей, мелких госслужащих, офисных работников. Переезжают обратно к родителям в валлийское село с невыговариваемым названием. Остаются на аспирантуру. А их недавние соседи по общежитию и друзья по фейсбуку уходят в дальнее плавание по коридорам власти. Больше они никогда не пересекутся.

● Последнее крупное внутреннее потрясение для Англии — гражданская война XVII века. С тех пор классовая система претерпела минимальные изменения, и, когда попадаешь в Оксфорд, это быстро становится очевидно. Михалковы — не династия; династия — это когда выясняется, что средневековая столовая, в которой мы обедаем, была построена в XVI веке на деньги предка моего однокурсника, что у предка была та же фамилия, которую он не преминул высечь на стене столовой, и что в тех редких случаях, когда мой однокурсник ужинает в столовой, а не в ресторане, он предпочитает сидеть под данной надписью.

● Отличительных черт высшей касты бесчисленное множество. Во-первых, это пуленепробиваемая уверенность в себе (скорее спокойное сознание собственного превосходства, нежели хамоватая самоуверенность — эта вылезает только во время попоек). Во-вторых, это мгновенно узнаваемая речь: так называемое RP-произношение (в народе — Queen’s English), интонации и слова-маркеры, сами по себе подчеркивающие принадлежность говорящего к элите. В-третьих, внешний вид. Как и русского туриста в Европе, выпускника британской частной школы в Оксфорде можно безошибочно угадать со спины. Угадать по как бы небрежно и случайно, а на деле тщательно всклокоченной шевелюре, атлетическому телосложению (регби плюс гребля) и шмоткам в диапазоне от чересчур очевидных Abercrombie & Fitch / Jack Wills (низшая планка) до сшитых на заказ розовых брюк от оксфордского портного с Turl Street с желтым пиджаком, голубыми носками и антикварной тросточкой (высшая планка).

● Наивные студенты из простых смертных поначалу еще пытаются завязать знакомства с верхами и даже целый месяц «для галочки» занимаются греблей, но, наткнувшись на стену из вежливого безразличия и осознав бесплодность своих усилий, быстро прекращают попытки войти в круг избранных.

● Даже маршруты, которыми передвигаются по Оксфорду феодалы и вассалы, настолько разные, что порой кажется, будто они живут в разных городах.

● Белая кость не презирает средний класс, она просто его не замечает. Пролетариат и деклассированные элементы как минимум интересны в той же мере, в которой английским путешественникам XIX века была интересна аномальная длина клиторов у представительниц африканских племен.

Эта статья показывает, что британская аристократия невероятно богата и связана с Короной невидимыми нитями. Эти нити дают как Короне, так и аристократии уверенность в своем завтрашнем дне. Веками.

Но статья не дает ответа на очень важный вопрос: почему они так уверены друг в друге?

Представители элиты, конечно, иногда где-то работают — разумеется, в престижных местах, чаще всего расположенных в лондонском Сити, и все эти места тщательно вписываются в их биографии, как бы подчеркивая земное происхождение состояний. Но, конечно, не зарплата определяет их постоянный и весьма внушительный доход. Который позволяет отдавать детей в дорогостоящие и до сих пор закрытые от посторонних глаз частные школы, содержать крупные поместья, нанимать прислугу. Тогда что же?

Чтобы получить ответ, нужно знать главное: кому принадлежит земля.

ФЕОДАЛЬНАЯ СТРАНА

Если поинтересоваться видами на землю в Великобритании, то в любой риэлторской фирме вам объяснят: вся земля в Англии и Уэльсе принадлежит Королеве, из чего следует, что остальные могут лишь иметь право владения, пользования и распоряжения землей на определенный период времени. Наиболее лакомые территории давно распределены между аристократией, которые получают ренту со всего, что там расположено — с ферм, доходных домов, заводов, магазинов, отелей и даже небольших пабов и автомастерских.

В прошлом году умер Шестой герцог Вестминстерский Джеральд Кавендиш Гросвенор. Он прочно занимал довольно высокую строчку в списке Форбс как самый богатый аристократ империи с состоянием примерно 13 млрд долларов. Крупнейший землевладелец страны имел собственность в Эдинбурге, Ливерпуле, Оксфорде, Кембридже, Саутгемптоне и Чешире, включая родовое гнездо в Eaton Hall, а также 300 акров в самых престижных районах центрального Лондона — Mayfair и Belgravia.

632871_original.jpg

Шестой герцог Вестминстерский Джеральд Кавендиш Гросвенор был самым богатым аристократом Англии и близким другом королевской семьи.

Его титул и собственность унаследовал единственный сын Хью, ставший Седьмым герцогом Вестминстерским. Видимо, о таких, как он, и написал наш соотечественник, учившийся в Оксфорде и общавшийся с британской элитой.

Нет сомнений, что Хью унаследовал и связи в Букингемском дворце.

С самого своего рождения он был обеспеченным человеком. Такими же обеспеченными от рождения и весьма влиятельными станут его дети, внуки и правнуки, которые унаследуют состояние и титул семьи, в том числе место в Палате лордов, передающееся по наследству. Они и такие как они будут ходить по коридорам власти, занимая самые престижные кабинеты. И не пустят в свой закрытый от посторонних глаз круг выскочек и нуворишей, какими бы богатыми они не были.

Как и отец, Хью никогда не расскажет, какие именно товарно-денежные отношения связывают старинные роды Гросвеноров и Виндзоров. Но они, безусловно, есть. И составляют основу могущества Короны.

160441991.jpg

Седьмой герцог Вестминстерский Хью Кавендиш Гросвенор (в центре) уже вошел в высшие эшелоны власти (слева — бывшая премьер-министр Тереза Мэй).

Источник