Что предвещает Аргентине победа оппозиции?

В Аргентине – масштабная смена власти. Правящая Хустисиалистская партия после 14 лет непрерывного правления уходит в оппозицию. Кроме того, впервые за 12 лет президент страны не будет носить фамилию “Киршнер” – президент Кристина Киршнер, занявшая этот пост после своего мужа Нестора Киршнера, не могла баллотироваться на третий срок.

Предвыборная борьба развернулась между представителями столичного истеблишмента: главными претендентами на президентский пост были ставленник Киршнер, губернатор провинции Буэнос-Айрес Даниэль Сциоли и мэр Буэнос-Айреса Маурисио Макри, представляющий оппозиционную партию “республиканское предложение”. В итоге оппозиционеру удалось буквально вырвать победу, набрав 51% голосов против 46% у его оппонента, гарантировав себе президентское кресло и избежав второго тура.

С момента восстановления демократического правления лишь два президента не принадлежали к перонистскому движению. Перонизм – специфическая аргентинская политическая идеология, получившая свое название по имени ее основателя – президента Хуана Перона и его жены Эвы Перон, ставшей национальной героиней Аргентины. Перонизм часто сравнивают с социализмом, испанским франкизмом и даже итальянским фашизмом. Его основные черты: сильная государственная власть, национализация крупной промышленности, а также мощная социальная повестка, помогающая движению находить поддержку у беднейших классов населения.

Хустисиалистская партия на данный момент является главной политической силой, представляющей перонизм. Несмотря на поражение ее кандидата, она по-прежнему будет широко представлена в новом составе парламенте, что неизбежно вызовет у нового правительства противодействие при принятии законов, требующих конституционного большинства. Впрочем, с принятием обычных законов у нового президента также могут возникнуть проблемы – причем, не из-за парламентского, а из-за народного сопротивления.

Главной причиной, по которой проиграл Сциоли, стала его неспособность гарантировать сокращение бюджетного дефицита и вернуть доверие инвесторов, вложения которых необходимы для нефтяных и газовых разработок на атлантическом шельфе. Макри же, напротив, не скупился на обещания в первый же год президентства снять ограничения на проведение валютных операций и сократить транспортные и энергетические субсидии, что должно высвободить около 20% бюджета.

Наблюдатели, однако, напоминают, что подобные меры могут привести к массовым народным выступлениям, напоминая, что оба президента, не придерживавшихся перонистской доктрины, не удержались у власти до конца своих сроков. Оба они представляли партию Гражданский радикальный союз. Рауль Альфонсин, правивший с 1983 по 1989 года, вопреки обещаниям, не смог остановить гиперинфляцию и рост внешнего долга, и был вынужден уйти в отставку за шесть месяцев до окончания полномочий. Второй шанс появился у радикалов в 1999 году, когда победу на выборах одержал Фернандо дела Руа. Он также не смог справиться с экономическим кризисом и досрочно ушел в отставку уже в 2001 году.

Чтобы не повторить судьбу своих предшественников, Маурисио Макри придется, с одной стороны, принимать оперативные решения по сокращению бюджетного дефицита и снятию валютных ограничений, а с другой – не допустить инфляции и народного недовольства, способного смести новую власть. Чтобы этого не произошло, президенту стоит начать уже сейчас, пока избиратели не успели в нем разочароваться. Впрочем, сам Макри уже отметил, что исправление экономической ситуации потребуется время.

“Нам нужно построить Аргентину с нулевой бедностью, и это то, что мы должны сделать все вместе, — заявил Макри на встрече со своими сторонниками. – Но мы не можем решить все проблемы, которое оставляет нам предыдущее правительство, за один день”.

Экономисты считают, что, если Макри удастся сдержать свои обещания, в следующем году Аргентину ждет спад экономики. Однако, согласно расчетам, эти болезненные меры приведут к возобновлению роста уже в 2017 году.

“Все эти меры являются частью краткосрочного сокращения экономики для ее долгосрочного расширения, — отмечает Эдвард Глоссоп, аналитик развивающихся рынков в компании Capital Economics. – Они вызовут спад и могут спровоцировать рецессию на следующий год. Но с 2017 года экономика уже будет твердо стоять на ногах”.

Дадут ли аргентинцы своему президенту это время – пока неизвестно. Не меньше интереса вызывает и дальнейшая судьба уходящей Кристины Киршнер, которая в последний год столкнулась с обвинениями в покрывательстве организаторов взрыва Еврейского общинного центра в Буэнос-Айресе в 1994 года, а также в причастности к убийству прокурора Альберто Нисмана, расследовавшего это дело. Хотя в апреле с Киршнер были сняты все обвинения, при новой власти судьи могут оказаться к ней далеко не так лояльны.

Источник