Воздушные наемники на Украине: в открытый бой с русскими не вступать

Почему у Киева не кончаются летчики, если еженедельно наши их сбивают до десятка?

Чем дольше длится наша спецоперация на Украине, тем больше в ней открывается необъяснимых, на первый взгляд, загадок. Во всяком случае, если исходить из официальных сообщений противоборствующих сторон.

Возьмем одну из них, о боевых действиях украинской авиации. Для начала — несколько цифр из официальных сводок Минобороны России.

21 июля 2022 года официальный представитель оборонного ведомства генерал-лейтенант Игорь Конашенков сообщил, что всего «с начала проведения специальной военной операции уничтожены 260 самолетов, 144 вертолета».

Отлично! Не будем даже задаваться вопросом о том, откуда у Киева взялась такая орава истребителей, штурмовиков и бомбардировщиков? Особенно, если, как проинформировал нас прямой начальник Конашенкова генерал армии Сергей Шойгу, на день начала спецоперации «всего в боевом составе ВСУ находилось 152 самолета, (из которых по состоянию на 29 марта 2022 года — „СП“) уничтожены 123».

Выходит, нами уже сбито в воздушных боях и уничтожено на аэродромах почти вдвое больше украинских истребителей, штурмовиков и бомбардировщиков, чем их было в распоряжении Киева к началу ни на день не прекращающейся с 24 февраля битвы.

Но — повторяю, не станем сегодня даже «заморачиваться» на сей счет. Тем более, что «Свободная пресса» уже попыталась найти разгадку этой военной тайны Украины в публикации «Чудо на Днепре: Повітряні сили Украины живучей Кащея Бессмертного?» от 30 мая нынешнего года.

Напомню в целях экономии вашего времени: там говорилось, что США будто гигантским пылесосом «выметают» для Киева любые бывшие советские боевые авиамашины из бывших стран Варшавского Договора, из стран Азии и Африки. И эти глобальные усилия, подкрепленные полновесным вашингтонским долларом, просто не могут не приносить Украине заметные летающие «плоды». А нам — головной боли.

Однако сегодня предлагаю подумать несколько об ином. А именно: откуда в распоряжении ВСУ внезапно нашлось столько опытных военных пилотов, чтобы не просто поднимать в воздух всю эту армаду, но еще и каждодневно вести ее в бой с русскими? Иначе, кого же мы сбиваем над полем боя практически каждый день?

При этом несомненно вот еще что: многие из тех пилотов Повітряных сил, которых российское ПВО и истребители «приземляют» фактически в ежедневном режиме (читайте сводки Минобороны!), погибают вместе со своими самолетами. Другие, правда, наверняка катапультируются.

Но даже если кому-то удается вместе с креслом благополучно покинуть кабину, это вовсе не означает, что уже назавтра эти люди способны за другим штурвалом снова уходить на боевое задание. Просто потому, что любое катапультирование — очень небезопасный и зачастую травматичный процесс для летчика. Ибо целиком проходит за 0,8 секунды с перегрузкой до 20g. Что выливается в сильнейший психологический стресс, часто — в компрессионный перелом позвоночника, переломы рук и ног сначала при встрече в воздухе с обломками собственной машины, а затем — и с землей.

Но, несмотря на все эти бедствия, по данным западных источников авиация ВСУ продолжает в среднем совершать до 20 самолетовылетов день. В разы меньше, чем наши. Но тоже ведь летают в бой! Кто и каким образом?

Чтобы глубже ощутить немыслимую глубину этой проблемы для Киева и американцев, стоит учесть и вот что. Еще до первых потерь в феврале 2022-го Повітряні сили Украины пребывали в перманентном кадровом кризисе. Это означало, что к февралю даже и на тех целехоньких еще 152 самолетах (по данным Минобороны РФ) ВСУ летать было особенно некому.

Примерно за полгода до начала российской спецоперации конкретикой на этот счет с миром поделилось ни на секунду никем не заподозренное в симпатиях к Москве одно штатовское издание. Оно взяло в Киеве интервью у представителя командования Воздушных сил Вооружённых сил Украины Олега Гаврилко. И тот рассказал, что «за два крайних года у нас уволилось (досрочно — «СП») около 140 лиц лётного состава. И в этом году планируют ещё более 40 человек уволиться… В 2021 году из рядов ВСУ уволились пять лётчиков-истребителей, окончивших обучение в 2016 году. А это — половина выпуска единственного в стране профильного военного вуза Харьковского национального университета Воздушных сил имени Ивана Кожедуба.

А американский журнал «Forbes» в минувшем феврале, перед самым началом битвы, к этому добавил, что только в 2019 году по тем же причинам контракты с ВСУ по собственной инициативе разорвали столько военных пилотов и штурманов, что из них можно было составить до 70 летных экипажей.

То есть — обнищавшие, редко летавшие по причине отсутствия авиационного керосина украинские авиаторы и в мирное время из воинского строя просто бежали в более «денежные» страны и ведомства. И очень стремительно. Тем удивительней, что в итоге сегодня никакого «дефицита» в мастерах воздушного боя для украинских генералов, судя по всему, нет. Как этого удалось добиться Киеву?

Сергей Ищенко

Источник