Как мальчик, оставшийся без рук, остановил немецкий танк.

О подвиге 14-летнего русского мальчишки Ивана Фёдорова из Смоленска.

В честь 75-й годовщины Победы в Великой Отечественной Войне, хочу поведать вам историю о простом русском мальчишке. Иване Фёдорове из Смоленска. Он прожил всего 14 лет и умер как настоящий герой. Он до последней капли крови стоял на подступах к Сталинграду и своим поступком поверг в шок не только своих старших однополчан, но и немецких танкистов. Ему не воздвигали памятников, о нём не ходила народная молва. Всё что о нём напоминает сегодня, лишь выбитое имя на 22-м знамене, в зале воинской славы мемориала на Мамаевом Кургане.

Из книги воспоминаний лейтенанта Алексея Очкина “Иван -я. Фёдоровы – мы”. Он не думал: убьют или нет? Хотел только одного – выстоять, удержать тот клочок родной земли, который ему с бойцами приказали оборонять. То, что владело им и его боевыми товарищами в те минуты, было очень дорогое, чистое и возвышенное.

Иван родился в селе Бурцево, Новодугинского района Смоленской области. Он рос в большой многодетной семье. В начале войны Отец со старшими братьями ушли на фронт. Вскоре, спустя всего месяц пришла похоронка – погиб папа Вани. Мальчик очень тяжело переживал потерю, по ночам он забирался в пустую и холодную кузницу, где в мирное время трудился глава семейства и плакал на взрыд. Вскоре пришло новое несчастье. Фашисты обрушились бомбардировками на родное село Вани. Под обломками горящей избы оказались мама и три младшие сестренки: Лида, Зина и Маша. Он метался среди пышащих пожаром развалин искал своих родных, звал маму. Иван в миг стал сиротой. Он решил во что бы то ни стало отомстить фашистам и попасть на фронт. Понимая что его, четырнадцатилетнего пацана в армию не возьмут, он решил проникнуть на передовую зайцем, спрятавшись в одном из проезжающих мимо эшелонов. Однако его быстро обнаружили и прогнали. Но Иван решил вновь испытать удачу и снова его заметили. Мальчишка попросил бойцов взять его с собой на передовую. Он рассказал что родители и сёстры погибли, а братья где-то воюют. На вопрос как звать, он ответил на деревенский манер: “Иван я. Фёдоровы мы”. Ивана Фёдорова определили помощником на полевую кухню, в артиллерийский полк при 112 стрелковой дивизии, которая продвигалась к Сталинграду.

Однако готовка мало заботила мальчишку, он старался во всём помогать бойцам, подносить снаряды, учился стрелять из винтовки. Старался быть полезным и в самые ответственные моменты. Не раз помогал спасать орудия и снаряды после бомбежек.

Из книги воспоминаний лейтенанта Алексея Очкина “Иван -я. Фёдоровы – мы”. Пылала кабина грузовика. Вот-вот огонь подберется к бензобаку. Дымов стал сбивать пламя шинелью. Бойцы бросились разгружать из кузова боеприпасы. Ваня тоже схватил нагретый ящик со снарядами. Подняв, он согнулся от тяжести и, не разгибаясь, засеменил в сторону. В любую секунду снаряды могли взорваться и разнести его в клочья, но он продолжал таскать со всеми.

Летом 1942 года, Ваня вместе с бойцами оказался в Сталинграде. Его часть расположилась за Доном, неподалеку от железнодорожного моста на самой господствующей высоте. Неподалеку по другую сторону реки 6-я армия Паулюся уже соединилась с частями 4-й танковой армии Гота и нацелилась на город.

Иван часто представлял как вступит в бой с немцами, мысленно бросал гранаты, стрелял из пушки и расстреливал в упор фашистов. По ночам Ваня помогал осваивать позиции, рыл вместе со всеми окопы. Его берегли, старались ограждать от опасности и пуль.

Гитлеровцы сумели занять Мамаев Курган. Бойцы часто повторяли:”Кто владеет этой высотой, владеет ключом от города.” Трудно было тогда взять главную вершину России. Много раз наши солдаты вбирались на курган и снова его оставляли. Погибших было очень много. Пополнение прибывающее прямо с переправы таяло на глазах. По воспоминаниям участников Сталинградской битвы, те дни были сплошным грохочущим кошмаром. На бойцах буквально тлели гимнастёрки. Ваньку на штурм Мамаева Кургана не пустили. Он остался помогать при орудии. Когда наводчика ранило в лицо, Иван сам встал к пушке. Первые выстрелы дались ему очень тяжело. Он никак не мог совместить перекрестие панорамы с танком.

После Мамаева Курганы, ему удалось принять участие в обороне разбитого завода “Красный Октябрь”, потом в сентябре угроза нависла над другими районами города. Бойцы отбивались из последних сил в жарких развалинах, среди искореженного железо-бетона и горячего пепла. Ванька был вместе с ними.

Из книги воспоминаний лейтенанта Алексея Очкина “Иван -я. Фёдоровы – мы”. Район тракторного кромсали тысячи бомб. Немецкие эскадрильи висели в три яруса: вверху – “хейнкели”, ниже “юнкерсы”, совсем на бреющем “мессершмитты” и румынские бипланы. Такого еще не было за всю Великую битву, не было и потом за всю войну. Казалось, фашисты бросили на чашу весов войны всё, что у них было. Ваня едва успевал наводить орудие и палить по танкам, которые со всех улиц ринулись на площадь. Горели развалины, асфальт, земля. Казалось, всё живое уничтожено.

13 октября 1942 года Ивану Фёдорову объявили, что согласно распоряжению Сталина ему, как и многим другим подросткам, предстояло обучение в ремесленном или суворовском училище. На следующий день, его должны были эвакуировать на восток.

Однако 14-го октября, в 5:30 немцы начали артиллерийскую подготовку. К восьми утра двинулись танки. Иван вместе со всеми принял бой. Его ранило в руку, раздробило локоть. Он стиснул зубы от боли и продолжал остервенело бросать гранаты. Осколком снаряда, ему оторвало кисть другой руки. Он лежал неподвижно, многие подумали что Ванька погиб. Но он приподнял голову от земли и увидел что несколько танков, обойдя площадь слева, устремились по узкому проходу в доль развалин заводской стены. Он с отчаянием прижимал к груди свои изуродованные руки. Перед ним лежали противотанковые гранаты, а взять их он не мог. Тогда он сжал зубами ручку гранаты, превозмогая боль, он поддержал её раненными руками и выбрался из окопа.

Из книги воспоминаний лейтенанта Алексея Очкина “Иван -я. Фёдоровы – мы”. И лейтенант, и комиссар, и все бойцы увидели, как над пылающей, исковерканной землей поднялся Ваня с гранатой в зубах и, подавшись вперед острым плечиком, смело пошел навстречу ревущим танкам… Окровавленный, он прижал к груди гранату, зубами рванул чеку и упал под грохочущие гусеницы танка… Раздался взрыв. Фашистский танк застыл, а за ним в узком проходе остановилась вся бронированная колонна.

Всем свидетелям геройской гибели Вани тогда показалось, что стихли канонады и гул сражения. Время как будто замерло в минуте молчания по храброму мальчишке. Потом Великая битва разгорелась с новой силой.

Лейтенант Алексей Очкин устоял в том сражении, дожил он и до победы. Через всю свою жизнь, он пронес в памяти подвиг Ивана Фёдорова. В 1973 году он написал в своей книге о юном герое все детали того страшного боя. А позже он выяснил, что жива мама Вани, Наталья Никитична. Как оказалось ей вместе с дочками удалось спастить из под бомбежки. Ни один её сын с войны не вернулся.

На Родине Вани Фёдорова, в райцентре Новодугино Смоленской области есть улица его имени. А в самом Волгограде, на площади Дзержинского, где совершил свой бессмертный подвиг Ваня, на школе №3 установлена мемориальная доска, в память о мальчишке, шагнувшем в бессмертие.

Источник