Казачий вар в Сербии

Хроника совместного военно-спортивного лагеря.

В июле 2012 года соратники Московского регионального отделения Общероссийского общественного движения «Народный Собор» и Всероссийского движения «Косовской фронт» с официальным визитом посетили братскую Сербию, где приняли участие в военно-спортивном лагере.

По приезде нас узнали сразу. Встречавших было двое, Неджо и Зоран. Сербский я тогда понимал плохо, и спасло то, что Зоран, как и я, знал английский. Мы сели в машину и поехали в штаб «Патриотского фронта» в Бачке Паланке.

Пока ехали, я расспрашивал Зорана о жизни в Сербии. Он рассказал, что в социальном плане у них много тех же проблем, что и у нас, и приход Николича к власти пока мало что изменил. За разговором мы проехали Нови Сад и добрались до Бачки Паланки.

В штабе «Патриотского фронта» нас встретили радушно; после официальной части угостили национальным сербским пирогом – буреком – и йогуртом.

На стенах штаба среди большого количества фотографий висел стенд с шевронами российских и сербских воинских подразделений, а на почётном месте красовался герб Российской Федерации с портретами российских политических деятелей под ним.

Шел одиннадцатый час. Попрощавшись, мы отправились в Апатин. Утомленный дорогой, я почти сразу уснул в машине, и пришел в себя только тогда, когда Неджо заглушил мотор и громко сказал: «Камп!»

Нас пригласили за стол и предложили кофе, что несколько удивило в такое время.

Только на следующий день мы смогли оценить обстановку. По сравнению с тем, как выглядят сборы в России, это был пятизвездочный отель. Не было ни ночных дежурств, ни полевой кухни, ни чистки картофеля на этой самой кухне. Палатки были расставлены заранее, вместо умывальника – нормальный водопровод, холодильник с минеральной водой. Еду готовили в отеле через дорогу, причем, тот же отель предоставил ещё и бассейны. А для нас троих, как гостей из России, была выделена трёхсекционная палатка.

Приведя себя в порядок и подкрепившись, мы начали знакомиться с персоналом лагеря и только что прибывшей администрацией города. Один из них немного понимал русский и решил отвезти нас на экскурсию в Апатин. На обратном пути водитель пригласил нас к себе домой, угостил соком и разрешил пообщаться с друзьями со своего компьютера. Вернулись мы только к обеду, после которого отправились в бассейн. На кассе один из нас сказал по-русски, что мы из лагеря, и одно это послужило нам пропуском.

После ужина было озвучено расписание и правила поведения в лагере. Поскольку я знал сербский хуже английского, нас отправили в отряд Зорана. Там же оказались ребята из хорватского Вуковара. После собрания мы смогли пообщаться с сербскими ребятами, хотя и понимали мы друг друга весьма условно.

И вот первый день работы лагеря. Перед общей зарядкой мы решили пробежаться вокруг парка, в котором стоял лагерь, и заодно осмотреть территорию. И правильно сделали – местной зарядки для нас оказалось мало. После завтрака нам подарили футболки «Патриотского фронта» (они же – пропуск в бассейн), в которых мы должны были присутствовать на церемонии открытия.

И вот, общее построение. После выстуления местного ансамбля «Слога» началась церемония открытия. Выступил начальник лагеря, представители городской администрации и помощник российского посла.

Мы договорились об обустройстве площадки для казачьего вара, но в тот день нам не хватило на это времени, и мы решили вечером провести его в «облегчённом» варианте на общем стадионе. Все заинтересовались этой ставропольской казачьей забавой, а благодаря тому, что некоторые понимали по-русски, удалось достаточно быстро донести суть…

Затем были занятия по истории Сербии и основам православия. Полицейский инспектор рассказал о вреде наркотиков, а художник Неджо провел в конференц-зале отеля урок рисования.

Перед едой – молитва. Но после того, как мы привычно пропели «Отче наш», простым большинством эта почетная обязанность была прочно закреплена за нами. Со вторника (когда подвезли пожарный гидрант и два огнетушителя – Европа же!) каждый вечер горел костер и, как и у нас, пели песни под гитару. Когда темнело, начинались тактические занятия. Дело в том, что в Сербии появление в общественных местах в камуфляже, мягко говоря, не поощряется, и ответственность там за это серьезная. Пару тренировок провели с участием сербского спецназа.

Помощник российского посла посоветовал нам посетить крепость в Баче. И когда Зорану понадобилось отвезти жену в поликлинику, он взял нас с собой. Мы посмотрели Нови Сад и по дороге сделали крюк до древней твердыни. Музей в башне был к тому времени уже закрыт, но для «братьев-русов» сделали исключение.

По дороге в Апатин мы решили купить местных арбузов и дынь. Едва продавец узнал, что мы русские, нас буквально завалили этими дынями, а когда Илья хотел попрощаться с продавцом, в его протянутые руки был сразу положен арбуз. За все это добро с нас не взяли ни динара.

Казачий вар удалось провести только в четверг. Все схватили правила почти на лету и с энтузиазмом включились в процесс. Даже девушки, которых честно предупредили, что их ждет, хоть и пугались и кричали на «ожиге», но из круга не вышли. Зоран, впервые увидев русскую забаву своими глазами, сразу оценил ее по достоинству: «Воспитывает ответственность и здорово сплачивает народ».

Кроме казачьего вара, мы проводили занятия по тактике. Одно из них заключалось в отработке передвижений при огневом контакте с противником. Тут мы столкнулись с тем, что принято называть «ложными друзьями переводчика». Дело в том, что «право» в сербском языке означает «прямо», а собственно «право» по-сербски будет «десно». Среди участников страйкбольной команды, с которыми проводились занятия, оказался ветеран югославских войн. Его к моменту начала боевых действий не учили практически ничему, и в реальном бою пришлось туго. Методику же он оценил положительно.

На практике знания применялись уже вечером следующего дня, на страйкболе. Требовалось уничтожить пятерых бойцов, скрывшихся в лесу, а днем позже освободить заложника и вывести из строя террористов, которые его удерживали.

На следующий вечер проходил турнир по армрестлингу, запомнившийся трехминутным противостоянием Ильи Ипатова и одного из сербских силачей. То одна рука одерживала верх, то другая. Затем судья скомандовал сменить руки. Несмотря на травмированный большой палец левой руки, Илья принял бой, – и мужественно признал своё в нем поражение.

Ещё через день в бассейне проходили игры на воде. Из нашей группы выступать, к сожалению, не мог никто: я должен был стоять за камерой, у Алексея был забинтован палец, а Илья проснулся с температурой. Участвовали три команды: наш «Патриотски фронт» и две апатинских. Причем, это были именно игры, то есть требовалось не просто переплыть бассейн на скорость или выиграть по очкам в водном поло, а, например, в прыжке сорвать «кокосы» с «пальм» и, переплыв бассейн, бросить их в корзину. В других «дисциплинах» (как сами сербы это называли) приходилось нырять сквозь автомобильные камеры, а в конце заплыва угадать мелодию. Даже пирамиду из участников команды на понтоне пришлось переправлять силами капитана этой команды.

По итогам наши оказались первыми с конца, но, как известно, главное в спорте – не победа, а участие.

В первой половине следующего дня Зоран провел занятия по топографии и ориентированию на местности: тут были и классические методы (солнце, мох, Полярная звезда), и чтение карт, и GPS-навигация.

Внимание со стороны журналистов к сербскому лагерю для России оказалось непривычно высокое, но порой нездоровое. В местном аналоге «Эха Москвы» вывесили фотографию общего плана лагеря с подписью «бегство невозможно». То, что территория даже не огорожена колючей проволокой, а лишь обозначена лентой, обывателя волнует мало.

После обеда проходили занятия по тактике. Мы повторили передвижения группы и маневры при контакте с противником, отработали переходы в позицию лёжа, принятую в разных странах. Зоран показал принятый у сербов способ безопасного передвижения, а Илья продемонстрировал навыки, полученные в клубе «Доброволец». После этого один из бойцов, Муса объяснил пару важных моментов, касающихся безопасности и высказывал некоторые соображения по поводу проходимого материала. Затем, после короткого отдыха группа двинулась назад, отработав по пути защиту «ВИПа» и проведя краткий ликбез по минной разведке.

В предпоследний день Зоран организовал итоговые соревнования по стрельбе. Результат улучшился у всех, хотя и неравномерно.

Вечером состоялся турнир по мини-футболу. Поля как такового не было, его соорудили на скорую руку, обозначив границы и поставив два стола, прикрытых с тыла одеялами. Тот, кто хочет чего-то добиться, всегда находит решения…

Отбоя, разумеется, не было. Наш всеми любимый кашевар приготовил на костре уху, которую всем желающим осталось только уплетать да нахваливать. Были и современные сербские песни под гитару, и даже народные, которые исполняла Анастасья, причем так, что её записывало местное телевидение, а на церемонии награждения ей единогласно присвоили первое место в секции пения.

Наутро была лекция о таком страшном, но актуальном явлении, как работорговля, а затем все желающие подписали нам сербский флаг, отправившийся «в штаб полка». Всех пригласили в актовый зал, чтобы подвести итоги соревнований, выдать захвальницы (так на сербском языке называются похвальные грамоты). Не забыли и нас; а мы, в свою очередь, подарили организаторам кожаные мешочки в рамках проекта «Земля предков».

За обедом появился журналист из местной газеты. Неджо еще раз напомнил об осторожности с местной прессой в вопросах всего, что касается военной подготовки. И не зря: газетчик, сославшись на хорватские СМИ, спросил, правда ли, что мы воспитываем милитаризм в молодежи. Я честно признался, что не понимаю, что они вкладывают в понятие милитаризма, и ответил, что если имеются в виду основы выживания, то подобное может случиться с каждым, и в знании этих вещей не вижу ничего плохого. Больше на эту тему никого не пытали.

…Сербское законодательство об оружии по-своему интересно. С одной стороны, разрешено владение огнестрельным нарезным короткоствольным оружием, а с другой – оно разрешено к использованию только для защиты жилища и не предназначено для повседневного ношения.

Прощание оказалось неожиданно долгим. Все стремились с нами сфотографироваться на память. Особенно сербские девушки, хоть и знали, что меня на Родине ждет любимая.

Погрузившись в зорановскую машину, мы оставили позади гостеприимный заповедник «Шума Юнакович». И, после чашки кофе в уютном домике Зорана, отправились в аэропорт. К сожалению, планы увидеть Белград не сбылись – время поджимало. Зоран проводил нас до пункта паспортного контроля. Попрощавшись с ним, и оглянувшись в последний раз на (юридически) сербскую территорию, мы пошли на посадку…

Пресс-службы
Всероссийского движения «Косовский Фронт»,
Московского регионального отделения
Общероссийского общественного движения
«Народный Собор»

Источник: Сайт МРО НС