Большевистская касса: истоки переворота

История

Вы никогда не задумывались над тем, на какие средства большевики вели подрывную деятельность, готовя стартовую площадку для государственного переворота, совершенного в июле – октябре 1917 года? Ответ на этот вопрос звучит сегодня очень злободневно.

Партийных взносов крохотной РСДРП(б) не хватило бы даже для содержания за границей ее лидеров. И потому партия принимала пожертвования от «прогрессивных капиталистов». В 1903-1905 годах «кошельком партии» был текстильный магнат Савва Морозов. Катализировала спонсорство гражданская жена Горького – актриса Мария Андреева. Ленин ее почтительно звал «товарищ Феномен». Самоубийство Морозова в мае 1905 года покрыто туманом, но 100 тысяч рублей по страховому полису Мария передала большевикам. Эстафету «спонсорства» подхватил мебельный фабрикант Н. Шмит: он засветился на пресненских баррикадах и попал в кутузку, где умер при странных обстоятельствах. Наследство досталось брату и сестрам, но ненадолго – касса большевиков увеличилась на 280 тысяч рублей.

Но денег все равно катастрофически не хватало. И вот юный грузин, позаимствовав псевдоним Коба у благородного разбойника из повести Александра Казбеги «Отцеубийца», занялся изъятием награбленного у империи и буржуев. Вспоминая юность, Сталин любил называть себя «чернорабочим революции».

Основной революционной задачей Кобы стала «обработка» нефтяных магнатов, включая Нобеля. Рэкет осуществлялся по-тихому: за угрозу поджечь или взорвать нефтехранилища отступные поступали исправно. Самым известным «эксом» стало нападение 26 июня 1907 года на Эриванской площади в Тифлисе на банковский фаэтон. Убили трех охранников, ранили 50 человек. Кобу в плечо ударила повозка, и рука осталась «сухой». Похитили 250 тысяч рублей, но больше половины суммы была в переписанных 500-рублевых купюрах, и при их размене даже за границей арестовали будущих наркомов Н. Семашко и М. Литвинова.

Формально осуждая террор, Ленин заявил, что это не касается изъятия средств у эксплуататоров на дело революции. Он учил: «Надо устроить так, чтобы ответственность ни в коем случае не падала на нашу партию… человек скорее умрет, чем в случае ареста откроет правду». Железный Камо, арестованный за бандитизм, даже под пытками симулировал сумасшествие.

ДЕНЬГИ ДЛЯ ПЕРЕВОРОТА

Историки доказали, что Ленин и Троцкий организовали Октябрьский переворот на деньги кайзеровской Германии и американских банкиров. Марки Ленин сам не «трогал», этим занимался его доверенный Парвус. О Февральской революции Ленин узнал из швейцарских газет, но дорога в Россию была закрыта. Германский Генштаб перевез Ленина и его соратников через территорию воюющей с Россией страны в опломбированном вагоне в нейтральную Швецию.

В том, что Ленин германский агент, у Временного правительства сомнений не было, но Керенский решился на его арест только после неудачного летнего большевистского восстания, и тот успел бежать в Финляндию. А в это время немецкие деньги для большевиков, как говорят историки, в Россию возили мешками – на «революцию», так сказать. Переворотом рулил Троцкий, который свою «долю» на разрушение России получил в мае 1917-го в Америке. Он просто очаровал банкиров-евреев. США вступили в войну, когда ее результат был очевиден, и на особые дивиденды не рассчитывали. «Новая» Россия должна была отказаться от выплат долгов, что повысило бы экономическую значимость Штатов, поэтому Октябрьский переворот курировал лично директор Федерального резервного банка У.  Томпсон.

БИЗНЕС ПО-БОЛЬШЕВИСТСКИ

После разгрома армии Тухачевского на Висле в 1920 г. и полного «отлучения» от Европы рассчитывать СССР мог только на США. Это означало, что социалистическая Россия должна была вернуть деньги, выданные в свое время Троцкому. Ну и немецкие миллионы тоже нужно было возвращать – должок! Дело оставалось за малым: найти огромные деньги и создать легальный механизм их возврата.

Для этого Наркомат путей сообщения, который возглавил Троцкий, в конце 1920-го заключил контракт со шведской фирмой «Нидквист и Хольм» на поставку РСФСР 1000 паровозов. Что любопытно, и немецкие деньги большевикам на переворот шли во многом через эту очень шуструю страну, и возвращать решили таким же образом: Швеция не воевала более 100 лет, но приспособилась зарабатывать на войнах соседей. Для сокрытия финансовой сути контракта он не мог не быть абсурдным: цена паровоза вдвое превышала мировую, была произведена не только предоплата, но и выделена ссуда. А исполнение заказа растянули на пять лет – страна, говоря современным языком, превратилась в хаб и занималась не только изготовлением паровозов, но и распределением огромных сумм «лишних» денег, идущих, надо понимать, в США и Германию. О Путиловском заводе, до войны выпускавшем 200 локомотивов, пролетарское правительство даже не вспомнило.

Финансово-политическую задачу контракт решил. Непредусмотрительный журнал «Экономист» в 1922 году напечатал статью о его несуразности. Владимир Ильич лично дал приказ Дзержинскому указать место шпионам и прислужникам Антанты. На их счастье, в Питере формировался «философский пароход», и журналистам на нем нашлось место…

Павел Медведев.

Источник