Дележ каспийского пирога: если не по справедливости, то по-новому

В наиболее проблемном положении оказался Иран

Зачем персу Каспий?

Четыре года назад многие политологи, экономисты и государственные деятели стран, имеющих выход к Каспийскому морю, с облегчением вздохнули. Казалось бы, 22-летний спор о демаркации морских границ между каспийскими державами был завершен.

Однако попытки их пересмотра всё равно продолжаются, причём этот процесс осложнён довольно конфликтными отношениями Ирана и Азербайджана. У Туркменистана и Казахстана явного конфликта интересов нет, но всё равно и они проводят переговоры по окончательному разделу морских угодий.

В наиболее проблемном положении оказался Иран. Основной источник углеводородов для него – Персидский залив. Но при этом главные потребители энергии находятся на промышленно развитом севере страны. Там же находятся и крупнейшие мегаполисы Ирана: Тегеран, Мешхед, Кередж, Тебриз, Кум.

В центре и на юге из очень больших городов – только Шираз и Исфахан. В Тегеране находятся основные производственные мощности иранского автомобилестроения. Авиационная промышленность сконцентрирована в северных и центральных останах, сельское хозяйство – на северо-востоке, где его развитию способствует благоприятный климат.

Прикаспийские останы находятся в зоне влажных субтропиков, что даёт возможность развивать там туризм. Ну и наконец Каспий – зона вылова осетров. Иран занимает в мире лидирующие позиции по экспорту чёрной икры, его доля – более 20 % мирового рынка.
При этом запасы диких осетровых в тех территориальных водах, на которые претендует Иран, составляют 90 % от всех мировых. Сами иранцы икру не очень-то любят, к тому же осётр – рыба с голой кожей, без чешуи, что вызывает у мусульман некоторые предубеждения. Население Ирана – в основной массе шииты, для которых рыба без чешуи точно не халяльная, в лучшем случае – макрух.

Сами не едят, другим продают

Тем не менее экспорт такого дорогого и ценного продукта, как чёрная икра, в Иране процветает. Экспорт осетровой икры из Ирана по цене вырос в 2021 году по сравнению с 2020 годом на 50 %, по объему – на 110 %. Самое интересное то, что основной импортёр икры – Объединённые Арабские Эмираты, которые тоже её практически не потребляют, но перерабатывают и отправляют на экспорт.

Даже перманентные религиозные конфликты между шиитами и суннитами этому не мешают. Вражеские Великобритания, Португалия, Кувейт и Япония следуют за ОАЭ. На не менее вражеский Евросоюз приходится 37 процентов экспорта иранской черной икры.

Всего годовое производство черной икры в Иране составляет 12 тонн. Мясо осетровых рыб производится в объеме 3 500 тонн в год. Страна ставит своей целью развитие садкового разведения осетров, но дикие каспийские рыбы этой породы ценятся на международном рынке намного выше, чем аквакультурные.

Иранская осетровая икра считается лучшей в мире, помимо осетров, в южной части Каспия, в иранских территориальных водах, вылавливаются кутум и шемая. В более северных территориях Каспийского моря они тоже встречаются, но в намного меньших количествах.

При этом, эти рыбы широко востребованы и в российском Дагестане, и в Азербайджане, где лявянги из кутума является национальным блюдом. Вяленый кутум пользуется большим спросом практически везде на юге России, где используется в первую очередь как закуска к пиву.

Конфликты на суше и на море

Поэтому ставка за владение южными водами Каспийского моря для Ирана высокая. И что нужно подчеркнуть, претензии на Южный Каспий разворачиваются на фоне взаимных претензий с Азербайджаном на сухопутную территорию. В Иране проживает в несколько раз больше азербайджанцев, чем на территории самого Азербайджана.

Добавить сюда родственных азербайджанцам по языку кашкаев, а также отуреченных курдов-файли (значительная часть из них идентифицирует себя как азербайджанцы, в частности, нахичеванский курд Ильхам Алиев) – получится ещё большая цифра. Сюда же можно приплюсовать и талышей, для многих из которых родной язык – азербайджанский, и они склонны себя отождествлять скорее с Азербайджаном.

Нелишне сказать, что в Иранском Азербайджане концентрируется автомобильная промышленность, производственные мощности по переработке нефти и фабрики по изготовлению ковров. Это помимо сельского хозяйства, в отличие от остальной территории Ирана, находящейся либо в аридной, либо в горной климатических зонах.

Ещё в античное время, до прихода на Каспий тюркских племен гара-гоюнлу и аг-гоюнлу, положивших начало азербайджанской нации, плодородные прикаспийские регионы были причиной многих войн. Пограничные же конфликты Азербайджана с Ираном начались незадолго до распада СССР.

С декабря 1989 года по январь 1990 года под Нахичеванью азербайджанские и талышские националисты прорвали границу с Ираном. Акции с разжиганием костров на границе и попытками её прорыва продолжались с переменным успехом несколько дней, их подавляли советские спецслужбы. Находясь возле границы, националисты кричали через мегафоны лозунги об объединении Азербайджана с иранскими тюркоязычными регионами.

Погранслужба пошла тогда на уступки, разрешив жителям приграничных территорий свободно пересекать границу. Но далее ситуация обострилась. На Новый 1990 год многотысячные толпы азербайджанцев и талышей пошли на прорыв границы с разрушениями инженерных сооружений.

В результате погранвойска Ирана были приведены в боевую готовность. Дело чуть было не дошло до дипломатического конфликта Ирана и СССР. По каким-то причинам погромщики не тронули участок границы с Турцией, где рядом находились села, населённые талышами и тюркским населением, говорящим на диалектах, близких к азербайджанскому языку.

Характерно, что Иран не стесняется своих дипломатических отношений с Нагорным Карабахом. В столице Армении, Ереване, действуют мечети, где молятся иранцы. Имеет место и иранский алкотуризм в Армению, поскольку в самом Иране продажа спиртного запрещена. При таких отношениях можно ждать только обострения претензий Ирана к Азербайджану по поводу Каспийского моря. Сухопутные претензии запросто могут перерасти в водные.

Бесполезный саммит

То, что на соглашении 2018 года передел Каспия не закончился, ясно демонстрирует повторный пересмотр морских границ между Казахстаном и Туркменистаном в 2021 году. Две страны провели делимитацию пограничных участков рыболовных зон. Несмотря на то, что вопрос был решен без конфликтов, это может повлечь попытки пересмотра морских границ и между другими прикаспийскими странами.

Теперь вопрос в том, что Туркменистан и Казахстан поделили морскую границу по средней линии. Иран вряд ли устроит такой передел – достаточно посмотреть на его карту, если ему делить таким же образом угодья с Азербайджаном и Туркменистаном, то он лишится части «самых жирных» рыболовных угодий на Каспии, не говоря уже про нефтяные месторождения, на которые он давно претендует.

Официальные лица Ирана заявляли все время разную цифру претензий на акваторию Каспия: от 11 до 50 % рыбных угодий и нейтральных вод. Споры были еще до распада СССР, при этом Иран согласился на цифре в 20 %.

Но реально на карте видно, что если делить по советским условиям, т. е. по срединной линии, то иранская часть Каспия окажется значительно меньше этой доли. Президенты Рафсанджани и Хашеми настаивали на большей доле, но боязнь поссориться с СССР сделала свое дело: меджлис не ратифицировал эти требования.

В 2018 году официальные лица Ирана после саммита в Актау по поводу передела Каспийского моря сразу выразили недовольство его итогами. Также Иран выступил против двусторонних соглашений по Каспию, и договор между Казахстаном и Туркменистаном, естественно, тоже не радует иранскую сторону.

Какова роль России в вопросе о суверенитете Ирана над водами и дном Каспия?

Фактически Кремль повёл себя не очень дружественно к стране, которую можно назвать союзником РФ против коллективного Запада. Давление России, которая имеет не такую уж большую береговую линию на Каспии, на Иран вызвало массу нареканий в Тегеране.

Михаил Викентьев, Алексей Балиев
Использованы фотографии:
bigkarta.ru, jbpress.ismcdn.jp, iran.ru

Источник