Глава Совбеза призвал вернуть советский опыт образования. Что не так с нынешней системой?

Секретарь Совета безопасности РФ Николай Патрушев призвал вернуть в школу советский опыт образования. Советская школа доказала свою состоятельность, в то время как сегодня детей приучают «ставить крестики в тестах». Что этому мешает? Каковы главные проблемы и что нужно делать?

Развалить образование в России давно пытаются с помощью «прогрессивных моделей обучения». Для Запада это такая же стратегическая задача, как приближение НАТО к нашим границам, заявил Патрушев. Образование же должно развивать логическое мышление, давать знания и умение принимать самостоятельные решения.

«Нельзя делать ставку исключительно на цифровизацию образования, поскольку интернет может быть не только источником энциклопедических сведений, но и политизированной дезинформации. В основе всего — развитие личных интеллектуальных и духовных качеств», — подчеркнул он.

Первый заместитель председателя комитета Госдумы по науке и высшему образованию, академик Российской академии образования Олег Смолин привел интересные цифры. По данным Всемирного банка и ЮНЕСКО, в 2012 году по уровню финансирования образования от доли ВВП Россия занимала 98-е место (в ООН сегодня 193 страны). В 2018 году мы опустились на 120-е.

И за четыре года вряд ли ситуация улучшилась. Так, в этом году расходы на науку в рублях в абсолютном размере за вычетом космоса даже сократились на 1%. А с учетом инфляции падение расходов на науку составляет около 10%. Необходимо же выйти на уровень финансирования образования в 7% от ВВП, как это было в СССР в 1970-х. В 1950-х СССР был беднее, чем сейчас, но тратил на эти цели 10-12% от ВВП.

И это лишь одна проблема. Другая — кадровая. Это статус и положение учителя.

«Если Великую Отечественную войну во многом выиграл советский учитель, то современному учителю не до того, чтобы всерьез заниматься детьми. Он занимается либо безумным количеством уроков, либо безумным количеством бюрократических процедур. По данным Общероссийского народного фронта, нагрузка учителя давно перевалила в среднем за полторы ставки», — сказал Смолин.

Третья беда — переориентация учебных планов.

«Советский учебный план был ориентирован на тех ребят, которые будут заниматься модернизацией своей страны. В послесоветское время количество часов на физику, химию, биологию, которые готовят агрономов и инженеров, сократили в полтора раза. Так же сократили русский язык и историю, которые формируют гражданскую идентичность. Но зато резко увеличили иностранный язык и обществознание с 6 класса, хотя я не понимаю, зачем это нужно. Короче говоря, новый учебный план ориентирован на тех, кто должен работать в иностранных компаниях или за рубежом«, — подчеркнул депутат.

Председатель комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Нина Останина напомнила, что премьер Михаил Мишустин недавно выразил верность Болонской системе (БС). Она также отметила, что система образования нацелена на отъезд детей в будущем за границу. А ЕГЭ отупляет детей. Он не выполнил ни одной из задач, которые были заявлены. Качество образования упало, стресса у детей меньше не стало, коррупция тоже никуда не делась.

Если Патрушев в своем интервью сказал, что каждый ребенок с детства должен знать, почему и как мы стали одним народом, что нас объединяет, то Останина привела в пример военную операцию на Украине.

«Не надо сейчас удивляться, что молодежь не знает того, что происходит на Украине, потому что история советского периода изучается в 9 классе, а в это время как раз идет натаскивание на то, чтобы сдать ОГЭ. А в 11 классе — на то, чтобы сдать ЕГЭ. Все это приводит к тому, что ребята просто не знают собственной истории», — сказала депутат.

«Нужно вернуть классное руководство в той советской форме, когда классный руководитель – это не только учитель-предметник, а тот, кто воспитывает через предмет, тот, кто знает, чем живут дети, которые учатся в его классе. Иначе мы и дальше будем иметь страшные истории, как в Пермском крае, Татарстане, где происходили массовые расстрелы. Когда мы не понимали, когда эти чистенькие благодарные дети стали такими», — считает Останина.

Профессор МГУ им. М.В. Ломоносова Александр Бузгалин напомнил, что проблемы российского образования имеют общемировой характер. Образование находится под пятой коммерциализации. Учителя, профессора, студенты, школьники, родители — все ориентированы на то, чтобы максимизировать денежный доход. А если люди ориентированы на деньги, для них Родина — пустой звук. Также трагедия — это формализация отношений учителя и ученика.

«Образование для всех должно быть ориентировано на образование личности человека, а не только профессионала. Личностно ориентированный человек может стать профессионалом очень быстро. Нужно прежде всего развитие человека и диалог с учителем. Нельзя превращать учителя, профессора, воспитателя в болвана, который слушает указания директора. Их нельзя загонять в бюрократические рамки. Если учитель не будет участвовать в управлении собственной школой, толку не будет. У нас пионерская организация решала вопросы самоуправления в школе, начиная от уборки лестницы и заканчивая помощью вьетнамским детям. Этим занимались мы, 13-летние школьники. А сейчас даже учителям не дают возможности участвовать», — рассказал Бузгалин на пресс-конференции в ОСН.

В последнее время на тему образования очень много пишет историк Андрей Фурсов. Он отмечает, что образовательная политика противоречит заявленному курсу на модернизацию и подрывает его. Если в последние 25–30 лет культурно-образовательный уровень выпускников школ снижался постепенно, то несколько егэшных лет катастрофически ускорили этот процесс. ЕГЭ просто лишает детей картины мира.

«Там, где заканчивает свою деятельность ЕГЭ, эстафету подхватывает БС. Введение четырехлетнего бакалавриата вместо пяти лет нормального обучения превращает высшую школу в нечто, весьма напоминающее ПТУ», — пишет Фурсов.

Он отмечает, что в условиях БС на первый план выходит «серость, четко выполняющая формальную сторону». Вместе с этим гибнет и образование.

«Сегодня образование — это намного больше, чем образование, это будущее, битва за которое уже началась и проигрыш в которой означает стирание из Истории», — заключает он.

Источник