Социализм. Из книги А.Рязанов «Народный социализм»

АналитикаО путях развития РоссииТочка зрения

В какой социализм мы стремимся и хотим попасть?

О социализме знают все. Старшее поколение жило в СССР — при социализме, младшее поколение знает «как было при социализме» из рассказов старших. Кто-то эту социалистическую жизнь в СССР хвалит и призывает всех «вернуться в СССР-2-0», кто-то не менее страстно заявляет о том, что там «в социализме», было настолько плохо, что ни при каких обстоятельствах в этом «страшном и ужасном социализме» он жить не согласен. И те, и другие приводят кучу аргументов для обоснования своей позиции. Противники социализма «припоминают» Советскому Союзу, а заодно – социализму: ГУЛАГ, бесчеловечное «расказачивание», жестокое «раскулачивание» первого периода коллективизации, дефицит ширпотреба в позднем СССР-овском социализме, формализм партсъездов, совковое мещанство, отсутствие свободы — в том числе предпринимательской, невозможность свободно посетить другие страны мира и многое другое. Сторонники социализма ностальгируют о спокойной социалистической уверенности в завтрашнем дне, о социальной радости, которая наполняла жизнь миллионов простых советских граждан, о прекрасном всеобщем бесплатном образовании, о заботливой государственной бесплатной медицине, о пионерлагерях и многочисленных детских кружках творчества, о бесплатных квартирах – которые давали(!), об отсутствии таких опасностей, как, например, наркомания, о чувстве социальной защищённости, о чувстве гордости за народ и за страну и о прочих социальных благах советской эпохи.

В Советской России на протяжении её почти 74-летней истории случалось и бывало очень и очень разное, и именно поэтому у людей, непосредственно и буквально связывающих реально-исторический советский опыт с понятием «социализм», сложилось очень разное представление о социализме.

В общем, «социализм расколол общество». Событиям 1917 года зачастую даются крайне противоположные оценки. Даже результаты Великой Победы — увы — некоторые исхитряются трактовать, мягко говоря, амбивалентно – ведь победу одержал советский(!) народ и его социалистическое(!) государство во главе с социалистическим руководством!

Но, тот, кто сумеет осознанно и объективно взглянуть на эту «социалистическую дилемму», мгновенно постигнет-осознает очевидное и, на первый взгляд, невероятное: на «белых и красных» народ России разделил не социализм как таковой, а стойкие о нём, о социализме, представления и стереотипы.

Подавляющее большинство ныне проживающих граждан не только в России, но и во всём мире – внимание(!) – введены в заблуждение, находятся в массовом социальном гипнозе! Миллионы, если не миллиарды(!), людей — от простых домохозяек до политологов-социологов, «от солдата и до маршала» – делают одну и ту же фатальную ошибку: они отождествляют тот реально-исторический социально-экономческий строй, который – по историческим меркам недолго — был в СССР и в ряде других стран (с подачи и при поддержке СССР!) — с понятием «социализм». Не знают, не ведают миллионы честных, искренне стремящихся к справедливости людей о том, что в своей категориальной социальной проявленности социализм должен и может быть только человечно-социальным обществом, в котором весь народ, все и каждый, счастливо живут и творчески трудятся в единстве и взаимности.

То есть о социализме судят не по тому, каким он должен быть, не по тому, каким его — как общество триумфального господства социальной справедливости – в своих чаяниях хотят народы мира, не по тому, каким его замыслил Творец – как человечно-социальное общество, в котором царит дружба и товарищество, единство и взаимность, братство и любовь счастливых творческих человеков. Про такой: истинный, правильный, социально-совершенный социализм с его божественной справедливостью как общей для всех целью – никто не говорит и не пишет! Говорят и спорят исключительно о том «конкретном социализме», который уже был(!), который как бы умер вместе с Советским Союзом, и который все(!) называют социализмом! Всевозможные энциклопедии, википедии и прочие экзотические болтуно-педии мобилизуют легион «экспертов», которые «с учёным видом знатоков» называют социализмом либо, повторимся, уже бывший и закончившийся строй бывшего СССР, либо – опять же в жёсткой привязке к сокрушённому СССР – некую экономико-формационную низшую(!), недоразвитую(!), в любом случае преходящую-временную ступеньку некоего никому не ведомого коммунизма, о котором поведали «классики», и о котором вещали профессора «научного коммунизма». Тот факт, что в «научном коммунизме» науки было не больше, чем субстанции бублика в дырке от бублика, никого не смущал и, что уж совсем удивительно, и сейчас многих марксолюбивых «теоретиков коммунизма» не смущает. «Имеет место быть» дикий вредный парадокс: мнение о социализме формируют те, кто даже во времена «развитого социализма» о нём, о социализме, ничего не знал! На момент своего крушения в СССР кормились от советского государства порядка 200 тысяч(!) профессиональных идеологов: преподавателей ВУЗов, всевозможных политработников и прочих сотрудников идеологических отделов. И эта армия «пустых идео-знаек» соучаствовала в сползании советского реально-исторического социально-экономического строя в дикий капитализм уровня сырьевой колонии. Не ведали, что творят! Преподавали коммунистическую науку, учили социализму – а сами пребывали в состоянии аморфной «социалистической бессознательности». А некоторые птенцы гнезда нетоварища Яковлева так ешё и активно толкали СССР в кап-пропасть. А в пропасти – пропадают! Исповедовали теорию «научного коммунизма», провозглашали построение «развитого социализма», а Советский Союз «слинял в три дня»! Девятнадцать миллионов КПСС-ных коммунистов (это даже трудно себе представить!) преспокойненько смотрели на то, как малая кучка «демократов» кромсает социалистическую(!) страну! Воистину: сон сознания рождает чудовищ. Но трагичнее другое – эти же бессознательные наукообразники своё затхлое представление о социализме навязывают ныне живущим гражданам России, которые уже до смерти устали от капитализма и всей душой стремятся в жизнеутверждающий социализм.

В какой социализм мы стремимся и хотим попасть?

Народный социализм есть истинное соборное народовластие, народодержавность, народосубъектность – когда сам единый-цельный народ свободно и осознанно управляет своей судьбой. Такого совершенно-народного социализма ни в реально-историческом СССР, ни в других социалистических странах никогда не было. В разные периоды советской власти в Советском Союзе сама народная советскость, народная советско-властность и другие качественные черты народного социализма проявлялись в разной, но в любом случае — в неполной мере. О каком социализме, о какой единосоветской единонародной власти можно говорить, когда, как, например, в годы гражданской войны, народ распался на враждующие даже не части, но куски, и граждане одной страны убивали друг друга «от темна — до темна»? Обвинять социализм как социальный феномен, предъявлять претензии к социализму — как качественному понятию общества всеобщего братства и дружбы — за жестокость гражданской войны — могут только очень ангажированные или очень глупые люди. А ведь гражданская война, закончившись в своей «горячей» фазе в 1922 году, ещё долгие годы продолжалась в «холодном» скрытом виде.

Более того – и это, пожалуй, главное – советский, русский по своей исторической общинной традиции, социально-человечный социализм на протяжении всей своей СССР-овской истории боролся со своим псевдосоциалистическим фантомным двойником. Этот безумный симулякр-двойник упорно вставлял палки в колёса русской народно-социалистической тройки, сбивал народ с правильного народно-социалистического пути, мимикрировал под, якобы, единственно-правильный научно-обоснованный коммуно-социализм, рядился в социалистические одежды и, как волк в овечьей шкуре, убеждал советский народ в принципиальной ущербности социализма – и всё для того, чтобы не только сокрушить реально-исторический социализм в Советской России, но и – внимание! – изгадить само представление о социализме в сознании миллионов!!!

Увы, результатом многолетней злоумышленной тлетворной «работы» этого зловещего имитатора-двойника стало сокрушение Советского Союза, и – что значительно опаснее – повлекло за собой необъективное представление абсолютного большинства людей о том, что такое есть на самом деле истинный социализм – народный социализм в своём народном величии и полноте. Искусственно-выдуманный и искусно взрощенный до масштабов непререкаемого глобального авторитета симулякр, не имеющий ни исторического оригинала, ни исторического воплощения, ни исторического оправдания, продолжает мутить коллективное сознание всего человечества и — что важнее для нас — народа России. Как результат: сама мёртворожденность, вся нежизнеспособность, все недостатки псевдосоциалистического двойника в общественном сознании плотно, «по-научному» привязаны к социализму, который у многих ассоциируется с дурноуравнительным «равенством в нищете» казарменного образца. Уводящий в ложную сторону двойничок есть мастер по навешиванию ярлыков и клише.

Никому же не придёт в голову называть истинным христианством период, например, Тридцатилетней войны в Европе (1618-1948 г.г.), когда, якобы за веру, христолюбивые европейцы резали друг дружку с жестоковыйной ветхозаветной жестокостью. Пожалуй, невозможно назвать христианством, наполненным безусловной христовой любовью, и геноцид индейцев Америки – с его позорными скальпами и чумными одеялами. Кто, находясь в ладу со своей совестью, сможет объяснить христианской божественной любовью буквальное уничтожение протестантско-христианским войском Кромвеля большинства населения Ирландии за то, что ирландцы были христианами-католиками? Является ли истинным христианством разграбление христианского Константинополя христианским крестоносно-носительным войском? Сколько общего с истинным христианством у разврата римских пап и их кардинальского окружения времён Борджиа? Индульгенции, Варфоломеевская ночь – это тоже христианство? По учению ли Христа произошёл русский христианский раскол, который сопровождался жесточайшим преследованием староверов на протяжении столетий(!)? Фашистские концлагеря, нечеловеческая жестокость фашистов, у которых на ремнях красовалась надпись о том, что, якобы, с ними Бог – есть ли это христианство в его божественной выси?

Вспомним «святых отцов», которые рекомендовали осуждать греховные поступки, грех как таковой, но ни в коем случае не осуждать самого человека, даже в его греховном поведении. И, именно от священников, начиная от патриарха Тихона и до нынешних времён, мы, увы, слышим больше всего анафематствующих проклятий в адрес социализма, но не в адрес недостойных действий конкретных людей, которые прикрывались социализмом. Допустимо ли огульно осуждать христианство или (прости, Боже!) Христа, за то, что какой-нибудь «святой поп» не оказался святым и отдался мамоне во всей её «прелести»? Должно ли изрыгать анафемы по отношению к христианству как учению о безусловной любви, мотивируя тем, что некие священнослужители Церкви оказались малодушными и согласились, скажем, с упразднением патриаршества при Петре Первом, или, исступлённо возжелав масонской свободы, благословили (понятное дело, от имени Христа) разрушающее Россию масонское насквозь Временное правительство?

Список христианских реально-исторических творимых несовершенными христианами несовместимостей с истинным богоданным христианством можно продолжать. Но, полагаем, очевидный и честный вывод напрашивается сам собой: не следует путать незамутненный оригинал и разного рода неправильно понятые, ложно замысленные и искаженные копии этого оригинала.

Увы, для очень многих ситуация с пониманием сущности социализма находится на уровне известного анекдота, в котором некий персонаж очень не взлюбил музыку Моцарта, поскольку слушал «напевы» из опер Моцарта исключительно в исполнении соседа Васьки.

Думается, настало время для того, чтобы научиться спокойно, без предрассудков отличать социализм как совершенное общество социальной справедливости от исторически конкретного, сотворяемого ещё несовершенными людьми несовершенного общества, которое — в силу множества объективных и субъективных причин — не смогло развиться до качества народного народовластного социализма. И это умение различать должно начаться с главного. «Зри в корень!»

А то главное, что нужно постигнуть при описании, объяснении и проектировании социализма есть тот, казалось бы, лежащий на поверхности, но ускользающий из зашоренного сознания «учёных» товарищей и нетоварищей факт, что социализм не есть экономическая система, социализм не есть экономически-обусловленная жизнь, социализм не есть экономически-ориентированная низшая полуформация!

Истинный социализм есть общество торжества всеобщей и необратимой социальной справедливости!

Не экономика с её неким реально достигнутым уровнем «развития производительных сил» и, как следствие, уровнем материального потребления обусловливает факт достижения некоего уровня развития общества, но качественность самих межчеловеческих, социальных по своей замысленной категориальности отношений определяет меру развитости социума как социально-человечного общества!

«Научно-коммунистическим» методом отождествлять с социализмом конкретное позднесоветское, уныло бредущее к своему закату общество «развитого социализма с его дефицитом ширпотреба!» — это искажение истинности социализма как системы триумфа социальности. Ещё комичнее, если не сказать – трагичнее, выглядит нелепейшая попытка называть социализмом попыхательское воплощение хруще-коммунистической задумки с её ориентиром на всевозрастающее — как завещал великий Маркс – потребление материальных благ. Никому не ведомый марксо-коммунизм многим «свернул мозги», ведь при этом самом обещанном Марксом матер-коммунизме причудливым образом должны сочетаваться несочетаемые процессы: на фоне исчезновения напрочь «порабощающего разделения труда» — материальные блага должны будут политься на головы беспечных люденов полным рогоизобильным потоком. Именно такой марксо-заманушный коммуно-мираж нарисовал т.Маркс. И что прикажете делать: коммуно-иллюзионистское хруще-троцкистское построение «коммунистического-близко» — тоже называть социализмом на том лишь основании, что это притягивание за уши материального марксо-коммунизма «случилось» в период реально-исторической жизни СССР? Правомерно ли называть дохлую гиену – львом?

Если в обществе не будут системно воспроизводиться социальные по качеству, человечные по взаимопомогающему содержанию отношения, то человеческого общества в его единой цельности, в социально-связном качестве не получится. Никакая экономика, никакое «развитие» производительных сил (которые, по Марксу, сами(!) развиваются с главной целью – приблизить момент начала сверхизобильного потока матер-благ), никакой научно-технический прогресс (преследующий ту же самую цель: приблизить волшебный момент начала излияния алкаемого матер-потребителями бесконечного потока!) — сами по себе не ведут к развитию общества. Строго наоборот – и сегодняшний, зашедший в тупик, сходящий с ума недосоциальный мир – яркий тому пример. Мир «оглобалился» именно благодаря «развитию» производительных сил и торжеству научно-технического прогресса – и на пике своего техногенного «развития» мир победившего капитализма оказался в тупике вообще какого бы то ни было развития. Finita la comedia!

Да, после того, как из этого мира, путём многолетних многотрудных стараний очень умных и вооружённых передовыми знаниями «нетоварищей человечества» изгнали даже тот незрелый социализм, который «случился» в 20-м веке, этот безсоциалистический мир семимильными шагами побежал к своему техногенному коллапсу – грозя уничтожить цивилизацию как таковую и нанести «непоправимую антропогенную пользу» планете. Безудержно-развивающиеся, материально-нацеленные, ускоряемые и подгоняемые наукой производительные силы, «не ведающие», что они творят, пилят человечно-социальный сук, на котором они же, производительные силы, сами сидят. Когда, вооружённые передовой наукой (генная инженерия! суперкомпьютеры! нанотехнологии!) производительные силы бегут впереди, обгоняют развитие социально-человечных отношений, когда эти слепые обесчеловеченные матер-могучие силы забывают своё соподчинённое по отношению к социальности место, то социальная система не может не упасть в системный кризис. Если не сменить парадигму, если не вернуть общество в нормальное социально-ориентированное, социалистическое(!) по качеству межчеловечных отношений состояние, то гибель человечества неминуема – а вместе с человечеством умрут и все – прости Боже! – сверхразвитые производительные силы.

Социализм – это социальная, а не экономическая система. Экономика – для социализма, а не социализм – для экономики! Экономика – для общества, а не общество – для экономики! Элементом социальной системы является социальный человек, то есть не человек-индивид, не человек как умное потребляющее туловище, не человек экономический, но человек – находящийся в системе человечно-социальных (не цифровых!) отношений с другими человеками. Масса, некое количество индивидов, даже обученных, натасканных на конкретные точечные навыки и компетенции – не есть человечное общество. Человеческое общение порождает общество. Человечные отношения порождают человеческую социальную систему отношений. Человечные отношения не могут(!) возникать на основе конфликта, борьбы, конкуренции, войны, ненависти, злобы. Если в обществе начинают доминировать эти негативные антисоциальные явления, то, чем больше «разовьются» производительные силы, тем быстрее разрушится общество! Техногенный прогресс в отрыве от человечности – это смерть общества! Основополагающим фундаментом общества являются человечные отношения, но никак не саморазвитие матер-производительных сил. Вступая во взаимопомогающие отношения, люди становятся обществом, вне общества человеком стать невозможно. И – внимание! – никакие производительные силы не существуют вне общества, вне общественных отношений. Чтобы появились некие производительные силы, люди сначала должны научиться договариваться между собой, слышать и понимать друг друга, приходить друг другу на помощь. Общество – это когда живут сообща. Есть общество как общественная система, есть его развитие – развивается и материальная основа жизни общества. Нет общества, нет общественных комплементарных связей, нет созидательного творения, нет накопления опыта — нет развития материального сопровождения жизни общества. Развитие производительных сил сопровождает первоприоритетное развитие человечных отношений. Развитие любой системы есть усложнение её системообразующих связей. В обществе — как в системе социальных по качеству связей — развитие есть усложнение социальных(!) отношений. То есть развитие общества не есть количественное накопление материальных предметов (даже очень сложных!), но именно многозвенное и многообразное проявление межчеловеческих отношений – подобно синопсам в системе нейронов головного мозга. Осознанная связь есть сознательно-выстраиваемое отношение.

Социально-исторический, социально-человечный процесс к истмату (скопированному с диамата) не имеет никакого отношения. Эволюция системы, социальной по качеству организации жизни, принципиально отличается от природно-животной системы – в которой комплементарность связей между животными не обязательна. Волк очень плотно «связан» с зайцем, но они явно «не в дружбе». Животное царство и Царство Человека — это «две большие разницы», как говорят братья-одесситы в русском городе Одессе, который появился на карте России в результате побед русского фельдмаршала Суворова.

У животного единственная доминанта жизни – биологическая, ничего, кроме биологии в животном мире нет. Более того, для животного мира биологическое есть божественное – ведь биология есть часть божественного Бытия, и биология замыслена проявиться именно как биология. У человека, в норме – господствует социальная доминанта, и, в норме же — по мере, присутствует биологическая часть, но никак не доминанта. То есть для человеческого – социального по качеству — мира божественность есть социальность(!) плюс умеренная часть биологичности, часть — не противоречащая социальности, часть, ограниченная и контролируемая социальностью. У человека – в норме – биология не враждует с социальностью. Биологичность в человеке – не есть «плохое» качество, биологическая потребляющая часть человека есть данность, и если она «работает» в единстве и взаимности с сознанием, если она функционирует по мере, то никакого внутреннего конфликта у человека быть не может. В человеческом, божественно-социальном мире цели – божественные, а средства достижения этих целей – социальные, но с долей присутствия биологии. В системе Триединого Божественного Бытия все цели – божественные, других нет, ибо Бог присутствует во всей Своей полноте в каждой Своей части (принцип голографичности). В системе биологического качества — биологичность тождественна божественности, цель – биологическая, средства – тоже биологические, ничего, кроме биологии, «чистая» биология. В системе социального уровня качества именно социальность есть инструмент достижения божественных целей – с учётом биологичности как неотъемлемой части жизни в материальном мире. В социальной системе «дарящая социальность» – локомотив, потребляющая биология – вагончик. Чем больше в социальной системе социальности, тем больше божественности, тем в большей мере социальная система состоялась, выполнила своё божественно-замысленное предназначение. Миссия социальной системы – доразвиться до истинной социальности, когда биологичность, присутствуя в реально-материальной жизни общества, никак не будет искажать всеохватывающую социальность. Цель социальной системы – проявить себя в своём высшем социальном качестве – стать СОЦИАЛИЗМОМ! И главный инструмент в этом эсхатологическом процессе жизни есть справедливость, есть мера животно-материальных потребностей земного человека и его устремлённости в божественное единство-цельность своего частно-человеческого сознания с Единым Божественным Сверхсознанием. Сакральным пределом развития реально-исторического человеческого общества является не марксо-коммунизм с его мифическим уничтожением «порабощающего разделения труда» и потопляющим потоком материальных благ на каждого свободно потребляющего индивида, но такое человечно-социальное общество, в котором все(!) межчеловеческие отношения станут социально-наполненными, социально-мотивированными, взаимопомогающими. В таком СОЦИАЛИСТИЧЕСКОМ обществе каждый – каждому есть друг, товарищ и брат. И, что характерно, даже в таком братско-товарищеском обществе поистине «развитого социализма» — частная собственность как одобряемые всем социалистическим обществом отношения между частями этого самого общества — друзьями, товарищами, братьями — по поводу присвоения и, естественно, потребления каждым из друзей, товарищей, братьев своей пропорциональной частной(!) доли – останутся!!! Только идиоты стремятся уничтожить частную, частно-потребляющую собственность «как мировое зло», и, при этом, думать, что таким уничножительным образом они приближают матер-изобильный коммунизм. Целое состоит из частей, и части целого общества вступают между собой в отношения по поводу присвоения и потребления. Отношения между частями целого — в том числе отношения собственности — будут всегда, покуда существует целое! И потребление – всегда(!) частное, общенарод не потребляет булку хлеба, этот хлеб потребляет конкретный человек. Главное в справедливом обществе – это мера этого присвоения и потребления, а не дурноуничтожение самой частной собственности. Меру частного в общем определяет и одобряет само общество – как система господствующих отношений. Доминанта социальных отношений делает присвоение и потребление каждой частью – по мере, по справедливости. Доминанта животных связей превращает все отношения по поводу присвоения и потребления в животную схватку за жизненные ресурсы и за престижное местечко в животной иерархии. Бороться нужно не против частной собственности, а за установление в обществе социально-человечных отношений. В правильном социалистическом обществе – каждая часть получает по правильной справедливой мере. Товарищи устойчивые марксо-коммунисты, пора бы уж за сто семьдесят лет остыть от навязчивой маниакальной страсти к уничтожению всего мира до основанья, отойти от манифесто-коммунистической детско-левацкой убеждённости в необходимости уничтожения того, что невозможно уничтожить, пора повзрослеть и доразвиться до цельного социалистического миропонимания!

В Советском Союзе дух истинного, правильного, народного социализма начал проявляться в сердцах и поступках многих, но троцко-хрущисты, упорто проводя в реальную социалистическую(!) жизнь народа главное «научное» положение коммуно-материальной теории Маркса об «уничтожении частной собственности», нарушили МЕРУ, попрали справедливость. В результате начинающийся народно-социалистический социализирующий процесс был срезан на взлёте. Применение ортодоксальными марксистами «научно-коммунистического» учения Маркса на практике убило Советский Союз и тот, пусть не совершенный, но всё-таки социализм, который реально был в СССР. Воистину, обезьяну от человека отличает чувство меры.

Животное живёт «для себя», высшие животные – «для себя и потомства себя-особи». Человек — в норме – есть человек социальный, и живёт в обществе, для общества и для себя как единосущной части общества. Эволюция человека не есть развитие его биотела, даже не есть развитие его мозга как части физического тела. Мозг – «вместилище» ума-интеллекта, мозг есть оператор тела, мозг человека социального научивается принимать сигналы из распределённого поля сознания, декодировать эти сигналы (Код – един!) и передавать всем частям тела. Мозг выполняет важную связующую функцию: связывает сознание и материальное тело. Эволюция человека есть эволюция его сознания как модуля, встроенного в единое сознание. Сознание не есть производная мозга. Сознание – всегда социально, оно одно на всех человеков, оно есть распределённая полевая сеть, в которой каждый человек со своим частным знанием – встроенный в связность элемент. Частное знание есть лишь настолько «знание», насколько оно включено в единое связное поле сознания. Эволюция человека как категории, развитие сознания человека есть расширение-усложнение включенности сознания человечества (и каждого человека – части человечества) в Единое Бытийное Сознание. Знания без сознания – не бывает, знание есть частица сознания. Известное высказывание философа: «я знаю, что я ничего не знаю» есть лишь мудрое признание себя частью большей системы, а часть – меньше целого, и часть «знает» значительно меньше, чем бесконечное Целое. По сравнению с бесконечным сознанием Целого – любое частное знание, образно говоря, есть бесконечная «малость». Сознание – операционная система, а индивидуальная личность (с её информационно-оперативными возможностями) человека (не путать с человеческим материальным телом – носителем личности) – её модуль, встроенный, включенный в единство-цельность системы. Операционная система переживёт отпадение индивида-модуля, но модуль не переживёт выпадение из цельной системы. Модуль-частица пребывает в единой системе «не слитно и не раздельно», вернее, по мере – соединённо и по мере – выделенно, но не отделённо. Модуль обладает своим качеством лишь в той мере, в которой он включен-встроен в единство всей операционной системы и умеет выстраивать с этой материнской системой и всеми другими её модулями прямые и обратные комплементарные связи. Модуль существует только «в связи», в связности, в когеренции с системой. То есть модуль – частица поля системы, а поле есть связность. Без связности в единство-цельность — поля не бывает. Модуль бытийствует только в системе, модуль – если он хочет быть(!) – не может противопоставлять себя (часть) системе (целому). Систему определяют системообразующие связи. Каков характер связей – такова по качеству и система. В животной системе – системообразкющими являются животные связи, потребляющие связи, потребление есть принцип жизни животного царства. В социальной системе системообразующие, главные – социальные связи, и присвоение-потребленние (объективно-существующая, необходимая животная часть) должно регулироваться социльно-культурным обществом по справедливо отмеренной этому потреблению мере. Сам (безусловный!) факт животного потребления в социальном по доминанте обществе находится «в связи» с социальностью, «в связи» с человечным принципом одобрения частного потребления каждой частью своей частной доли. Мера связности есть мера системности, то есть мера включенности в системные связи. Мера есть связь, связь соотносит — по мере. Мера — как соотношение, соединённое в связь отношение частей, связанных между собой. Без соединённости в связь, то есть без меры – нет соотношения, нет порядка, нет структуры, нет системы. Мера как соотношение-связность элементов – рождает структуру, сотворяет систему. Правильная мера есть справедливость. Она — по справедливости, по соразмерности – увязывает, соединяет все элементы – в структурированную систему. Какова мера – такова и система. Какою мерою меряете ……….

Бог есть Сверхсистема, Сверхсознание, Сверхединство. Человек богообразен и богоподобен настолько, насколько он сознателен, то есть насколько он осознаёт свою включенность «в статусе части» в систему божественных связей божественной Сверхсистемы. В животном мире есть связи, но нет отношений, вернее отношения имеются по животной мере, по видовой мере. Качественное отличие человека от животного есть осознание едино-связности Бытия. Чем больше этого осознания, тем в большей мере проявлено божественное в человеке. Человеческое предназначение – осознавать Единство Бытия по человеческой, по богоподобной мере, по социальной едино-связной мере, которая в своём пределе стремится к Высшей Мере. Становление и развитие общества есть бесконечный путь накопления осознанной социальности, то есть путь превращения животного стайно-стадного сообщества «потребителей по возрастающим материальным потребностям» — в человечно-социальное общество доминанты взаимопомогания и культурно-мерного потребления — по социальной, отмеренной обществом мере. Коль скоро человеки проживают в материальном мире, потребление всегда будет, но в человечно-социальном мире в его высшей социалистической фазе это материальное потребление будет стремиться к пропорциональной божественной справедливости – при одобрении всего общества. Больше социальности – больше справедливости, больше богоподобности, больше человечности. Представлять «истматское развитие» общества как самодвижущееся «развитие материальных производительных сил» в сторону всевозрастающего удовлетворения материальных потребностей – это опускать человека на уровень «умной зоологии». Представлять развитие человеческого общества как пошаговую экономико-приоритетную формационную систему без учёта главного, социального, фактора, который, собственно, и отличает качество Царства Человека от царства животных – это ложный путь в вечное зоологическое потребляющее состояние дочеловечности. Отождествлять коммунизм(!) с изобильным потоком материальных благ — с возможностью потреблять по своим безмерно-зоологическим потребностям – это просто идиотизм, то есть высшая мечта гоминидо-примата.

Мера социальности есть мера развития общества. Высшая мера социальности — насколько это вообще возможно в реальном материальном мире, в котором проживают реальные люди, а не абстрактные пролетарии – есть СОЦИАЛИЗМ. Измерять меру развитости социализма (или того хлеще – коммунизма!), исходя из достигнутости уровня материального потребительства, из уровня созданной материально-технической базы – это, простите за грубость, есть полный марксизм!

В любом, даже самом досоциалистическом, но всё-таки человеческом, сообществе, социальность присутствует. В разной мере. Чем больше социальности – тем больше человечности, тем ближе общество приближается к качеству социалистичности, тем ближе социализм. Иными словами говоря, любое недосоциалистическое сообщество, даже если в нём небольшая часть людской популяции доразвилась до высокой степени осознанной социальности, в какой-то мере есть недообщество. Десять праведников могут предотвратить тотальную «эволюционную зачистку» жителей города как всё-ещё имеющих перспективу продолжить развитие в сторону человечности, но, сам факт проживания этих десяти праведников в сообществе дочеловеков ещё не делает это дочеловечное сообщество – социально-человечным обществом. В обществе – устанавливается и воспроизводится социальная среда, которая начинает самовоспроизводить социальность, умножать социальность, вести общество к социализму. Для формирования социальной среды, нужна «критическая масса» носителей социальности и «критическая» плотность социального поля. Эта пороговая достигнутая «критическая масса» социальности – и есть социализм. Говорить о состоявшемся в обществе социализме можно лишь тогда, когда социально-человечные, то есть осознанные взаимопомогающие отношения в обществе, причём, во всех(!) социальных подгруппах, превысят большую часть «золотой пропорции», то есть приблизятся к двум третям.

Беда Советского Союза, которая, в конечном итоге, и привела его на Голгофу 1991 года, как раз-таки и заключалась в том, что именно в управляющем слое уровень социальности был критически недостаточным для перехода социалистического государства через «точку невозврата», через «точку отката от социалистичности». Социальность в её высокой степени – социалистичности(!) – разливанным морем вошла в жизнь простого народа почти во всех регионах, почти во всех конфессиях, почти во всех социальных стратах. Но в советской «элите» процент суперанималов и прочих суггесторов был значительным. Эти человекообразные дочеловеки, вооружённые «передовой теорией», ориентирующей на материальную потребительскую коммуно-цель, висели досоциалистическими гирями на ногах социалистического народа. Сталин чувствовал эту антисоциальную, антисоциалистическую опасность, исходящую от «проклятой касты» — как он называл партэлиту, унаследованную Советской Россией от дореволюционных времён. Дочеловеки, вооружённые сверхживотным умищем, как известно, очень «умно», активно и высокоэффективно делают то же, что и животные – совсем не человеки. Дочеловеки грабят-гребут ресурсы, размножаются и упорто стремятся занять наиболее престижное место в иерархии стада-стаи. И из среды дореволюционных суперанимальных пассионариев-революционеров, и из пекла гражданской войны в советскую партэлиту в огромном количестве проникли именно такие «кадры». А кадры – как известно – решают всё! А тут ещё «на помощь» тем, кто был мастер «не сотворять, но потреблять», подоспело «научно-коммунистическое» учение, воспевающее коммунизм как изобильно-употребительную финально-терминальную истматскую формацию, где каждый берёт из изобильного потока столько матер-благ, сколько может унести своими могучими членистоногими руками — по своим коммуно-возрастающим потребностям. Как против такого соблазна, да ещё под обильным наукообразным марксоусом, может устоять тот, кто путь от потребляющей обезьяны до социального человека прошёл — аж(!) — на целую половину? Среда в высших эшелонах власти молодого Советского Союза начала формироваться очень разнопёстрая. Почитаем Маяковского, Зощенко, Булгакова, вникнем в суть ответа т.Сталина т.Фадееву: «других писателей у меня для вас нет».

Идеи правят миром, идеи побуждают, мотивируют, формируют стремления. Идея – побудительный мотив, мотивирующий импульс. Идея, овладев массами, становится материальной силой (Ленин). Но, в реальном обществе идея «работает» в виде идеологии – как системно выраженная идея, система идей-мотиваторов.

Антисоциальная, разрывающая социальные связи (неправильная для социума), разделяющая людей идеология происходит из расчленяющей идеи безмерной абсолютной (для себя-индивида) свободы. Такая атомизирующая идеология есть идея свободы от человечной культуры, ведь культура ограничивает животную часть в человеке, делая её – умеренной частью. Культура – это самоограничение биологической свободы. Логично выстроенная на идее свободы «научная теория», описывающая жизнь как стремление к максимуму личного потребления, активно мотивирует человека не ограничивать в себе животно-потребительскую часть, позволяя этой части разрастись до уровня животного начала. Асоциальная идея плюс логика равно ложно-человечная идеология, как система, подталкивающая к жизни по законам джунглей. Так живут – большинство выживает – во всех досоциалистических сообществах, в том числе – при капитализме.

Социалистическая, сотворяющая социальные связи (правильная для человеков!) объединяющая идеология – это Идея справедливости-меры в действии. Такая структурирующая идеология есть идея справедливости плюс Логос – как Единый Универсальный Канон (Кон). Социализирующая Идея плюс Кон равно идеология, мотивирующая, побуждающая к повышению меры богоподобия и богообразности. Так живут – творят! – при социализме. Когда социальность становится всеобщей, всенародной, когда она вбирает в себя всех и каждого, то социализм становится народным социализмом. При народном социализме все и каждый (подавляющее большинство!) осознают себя частицами единого-цельного народа, формируется социализирующая распределённая на весь народ среда

Осознанная связь рождает отношение. Осознанность единства и взаимности рождает социальность, рождает общество, рождает человека как человечное качество. Богоподобие человека достигается только в обществе, в социализирующей среде, где человек научивается социальности, осознаёт себя «в связи» с другими человеками, становится человеком социальным.

Количественный рост элементов системы, без изменения меры (соотношения между элементами) есть простой рост, рост не приводит к изменению качества, рост не усложняет, не многообразит связи, рост не есть развитие. Количество материально-изобильных благ без развития, без совершенствования меры-справедливости, без приближения меры к Высшей Мере – явный путь к разрыву связей системы, ослабленных ростом без развития. При Брежневе в СССР рост экономической системы был, что называется, очевидным, но развития социальных связей социальной(!) системы — не было. В результате, начала накапливаться инерция центробежных настроений, особенно в периферийных партэлитах. «Научный коммунизм», который не только «разрешал», но научно-обоснованно, с опорой на «единственно-верное» учение Маркса «призывал» перманентно повышать уровень материального потребления, окончательно довершил «дело». Советский Союз был сокрушён марксизмом и ортодоксальными марксистами! Ортодоксальный марксизм есть троцкизм!

Авторитет т.Маркса и его стойкий, последовательный экономико-приоритетный подход к формированию представлений о так называемых формациях до сих пор(!) давит на коллективное сознание учёного сообщества, которое и само себя, и весь мир убелило в том, что главное в построении коммунизма (и его низшей(!), недоразвитой(!), незрелой(!) фазы) – это изобилие материальных благ, которые должны политься на «совокупность индивидов», на «ассоциацию свободных индивидов» полным потоком – ну, совсем из рога изобилия. Само «общество» Марксу представлялось как некое количество свободных индивидов – ну, чем не либеральная мечта! По Марксу каждый индивид имеет вполне законное, научно-обоснованное, естественное, либро-свободное право ставить всему обществу условия, и общество – совокупность либро-свободных индивидов! – обязано эти индивидо-условия безусловно исполнять. Марксо-либеральное: «свободное развитие каждого есть условие свободного развития всех» — хорошо известно. Доминанта индивидуализма, безмерной индивидо-свободы, вырванности индивида из системы межчеловечных социальных по качеству отношений – виденье деревьев, но невиденье цельного леса, виденье элементов, но невиденье общности, общины, коллективизма. Марксовский жёсткий приоритет экономико-потребительских индивидо-хотелок над коллективным единством социального сознания органично вытекает из доминанты «борьбы противоположностей» и вынужденного единства проживания в дочеловеческих, досоциальных джунглях, в которых человек человеку – волк. Какое в волчатской стае единство? Правильно, «нормальное» зоологическое единство стаи. Для Маркса — общества как единосвязного социума — не существовало, слово «социализм», которое, собственно говоря, и обозначает понятие цельности общества, Маркс употребляет исключительно с уничижительным оттенком. И, поэтому, в тот период, когда в Союзе ССР творили социализм по образу и подобию тысячелетней русской, социальной по духу, общинной, соборной коллективности – страна и народ развивались, преумножались и были желанным примером для всего мира. В тридцатые, сороковые и, частично, пятидесятые годы советская разведка «в лёгкую» вербовала агентов в западных странах потому, что они сами желали(!) помогать правильному человечно-социальному строю жизни. «Кембриджская пятёрка» — это лишь малая часть аристократов, которые за высокую человечную идею(!) верой и правдой служили Советской России, которая, всем врагам назло, строила СОЦИАЛИЗМ! В этой самой «великолепной пятёрке» бескорыстно(!) «состоял на службе» правильно-развивающегося сталинского социализма даже двоюродный дядя царствующей королевы Великобритании!!! Идеи правят миром! Правильная социализирующая идея, «находясь в руках» правильных идеологов, способна превратить капиталистический дочеловеческий ад – в социалистический Рай (не путать с идеальным коммунизмом!). Период с 1948 по 1953 годы был поистине триумфальным в развитии социализма в социалистической России. Народный дух воспарил на недосягаемую высоту. И с этой высоты народный дух легко срубает головы вражеским драконам. 12 апреля 1951 года в небе над Кореей наша эскадрилья буквально «наголову» разгромила американскую воздушную армаду, в разы превосходящую нашу по численности самолётов. Американцы запомнили эту дату как «чёрный четверг», и объявили недельный траур по своим многочисленным погибшим лётчикам. Все(!) советские МИГи вернулись на родную базу, погибших нет. Здесь русский дух, здесь Русью пахнет! Когда наш народ одухотворен своей исконной Русской Идеей справедливости – он народ-победитель! Да, дата 12 апреля – исторически значимая для России. Именно 12 апреля 1961 года первым космонавтом Земли стал русский человек с поистине космической фамилией – Гагарин. Древнеславянская образность слогов: двойное усиление «га»-пути и способность уйти в отрыв, ринуться – «ри». Наш человек, обычный крестьянский сын с разоренной фашистами Смоленщины, когда он един со своим народом, становится сверхбогатырём. Но – внимание, открываем тайну! – дата 12 апреля была выбрана для прорыва в космос не случайно. Её – в буквальном смысле слова! – на закрытом совещании трёх товарищей, включая т.Королёва и т.Сталина, назначил сам т.Сталин ещё в 1952 году! Никакой мистики, никакой фантастики. Уже тогда(!) наши социалистические учёные-конструкторы, строго по настойчивой рекомендации Сталина, точно(!) запланировали запуск первого спутника Земли на 1957 год – ко дню рождения К.Циолковского. К 17 сентября 1957 года не успели, спутник полетел 4 октября, но, зато, запланированную Сталиным(!) дату полёта первого советского человека в космос – 12 апреля 1961 года – Королёв исполнил строго в соответствии с указаниями Сталина. Спросите, а почему Сталин так твёрдо назначил дату 12 апреля? Отвечаем: день рождения т.Пржевальского, единственного персонажа русской истории, портрет которого в «Сталинской энциклопедии» был изображён на целую(!) страницу. Пржевальский тоже родом из Смоленщины, из Смоленского уезда, из Починковского района, где за чуть меньше года до рождения Коли Пржевальского жил-пребывал наследник русского престола будущий Царь-Освободитель Александр Второй. Очевидное – невероятное…….

Коллективистский русско-народный дух был поднят на уровень государственной политики при Сталине и этот же дух напитывал народ ещё долгие годы после 1953 года – отсюда социально-счастливые 60-е и инерция социальности в 70-е.

Но в Советском Союзе были периоды явного насаждения антисоциализма. И по удивительной «случайности» именно в эти антисоциальные, временами античеловечные периоды — в «стране советов» торжествовал марксизм в своём «чистом» виде. Пик «красного террора», бесчеловечное «расказачивание» пришёлся на то время, когда «социалистического» Ленина, после того, как в него очень метко стреляла практически слепая(!) Каплан, «по состоянию здоровья» отстранила от власти земшарно-коммунистическая команда Свердлова-Гаухманна и Троцкого-Бронштейна. Да, в 1929 году, в «год великого перелома» Троцкого окончательно выдворили из Советской России, но те же земшарно-троцкисты, плотно и массово окопавшиеся на региональном уровне, сумели-таки затащить антисоциалистический марксо-коммунизм в процесс коллективизации на начальном его этапе. После 1953 года, когда народный социализм был буквально сбит на взлёте, троцко-хрущисты – строго по Марксу! – продавили тотальное антисоциалистическое, ложно-коммунистическое уничтожение честной, трудовой, нужной обществу, частной, сопричастной социалистическому народному хозяйству собственности, породив её асоциальный симулякр в виде «теневой экономики». Далее, преступный антисоциальный «союз теневиков и партхозначальников» породил массового «советского лавочника», который стал могильщиком социалистического государства — под чутким руководством ненавидевших социализм предателей из КПСС — любителей конвергенции с капитализмом. Сама доктрина конвергенции капитализма и социализма буквально выросла из ложного, навязанного Марксом понимания сущности социума как, якобы, экономически-обусловленной(!) и экономически-направляемой системы. Если главное – это экономика, материально-техническая база, научно-технический прогресс, наращивание материального потребления, то конвергенция социализма и капитализма неизбежна! Цель марксовского материально-задуманного коммунизма – жизнь массы (не социума!) свободных индивидов в условиях бесконечного потока материальных благ. Глобальные капиталисты, что характерно, тоже — для себя, для избранных — хотят свободы и бесконечного потока тех же самых материальных благ. Вполне объяснимо, что — при таком «идейном» единстве — «духовная нано-элитка» позднего СССР захотела «слиться в экстазе» с элитой западного мира и образовать единую глобальную элиту. Вот и получили «идейно-обоснованную» продажу социалистического Советского Союза в 1977 году группой нетоварищей – последовательных марксистов — по предварительному сговору. Роковой 1991 год, потеря суверенитета, олигархи (все, как на подбор – родня и друзья членов политбюро!), колониальный капитализм, тотальное разрушение экономики, разрыв социальных связей, деградация и вымирание народа – всё это есть следствие ложного, навязанного «научными коммунистами» узко-экономического сугубо-материального понимания сущности социализма. Не знали марксопоклонники, что правильный народный социализм есть социальная система межчеловечных отношений, в которой высокоэффективная социалистическая экономика — процветающее народное хозяйство — есть нужный, важный бонус(!) по дороге к бесконечно-высокой, идеально-духовной цели – к коммунизму! Марксовоспетый коммунизм как материально-потреблятский рого-изобильный поток, проистекающий на сытые туловища массовых индивидо-коммунистов – не есть русский коммунизм. Коммунизм как Царствие Небесное, как бесконечно-недостижимая, нравственно-ориентирующая, идеально-духовная Цель – вот Русский Коммунизм!

Какая может быть «конвергенция» между истинным народным социализмом, творящим единый-цельный народ как одну социально-человечную семью, объединённую стремлением к единой цели – к Русскому Коммунизму — и досоциальным зоологическим капитализмом, низводящим народы мира до состояния служебного работо-скота?

Какая может быть «конвергенция» между идеологией народной справедливости в действии — и идеологией «свободы» самоназначенных самоизбранников угнетать народ?

Какая может быть «конвергенция» между властью человечного социального сознания — и властью самоизбранных глобал-главнюков над человеческим сознанием, между Человеком человечным – и гоминидом зоологичным?

Какая может быть «конвергенция» между Светом — и тьмой, между Любовью — и ненавистью, между РаДастью — и страхом, между Царствием Небесным — и инфернальным столпотворением бесов и бесноватых?

Кто навязывает человечеству релятивизм высших ценностей, кто стремится уничтожить различение Добра и зла – зла, как искажения Добра? Кто желает смешения Бога – и дьявола?

Крайне недальновидно, если не сказать: зловредно – смешивать всё в одну аморфную кучу: чистый коллективистский социализм с его дружбой и братством всего единого-цельного народа — и антисоциальный по своей сути троцкизм – который есть практический марксизм, доведённый до манифестно-коммунистического логического предела. Мы прекрасно помним, что «коммунисты могут выразить суть своей теории одним положением: уничтожение частной собственности». Теоретизировать в кабинете, при условии, что всю твою сытую жизнь оплачивают ненавистные тебе негодяи – капиталисты, кровососы пролетарской кровушки — это половина беды, но воплощать искусственно-надуманную, завирально-нежизнеспособную, в корне антисоциальную доктрину в реальную человеческую жизнь – это уже совсем беда. Беда для народа. Вредность для понимания сути социализма.

Сто семьдесят лет «научно-коммунистические» и прочие либеральные учёные ставят телегу впереди лошади: рассматривая социум с его межчеловеческими отношениями, изучая социальное по своему качеству человеческое общество, они, учёные социологи, в качестве локомотива развития выдвигают не эти самые социально-человеческие, не межчеловеческие, не человечные по качеству отношения, а экономический(!), технократический(!) прогресс с его господством техногенности над социальностью! Достаточно вспомнить, что т.Маркс социально-человечные по качеству производственные отношения сделал зависимыми, производными от убегающих вперёд производительных сил. И эти производительные силы (по Марксу) есть материальность в оторванности от идеальности отношений. Достаточно просто произнести слово «социализм» внятно, осознанно, с чувством, с толком, с расстановкой и по слогам: со-ци-аль-изм — чтобы понять, что социализм – это «про социальные отношения», что социализм – это социальная система, то есть система социального уровня организации жизни. Нужна в такой системе экономика, вернее – народное хозяйство? Безусловно – ДА! Но, именно как средство, как необходимый для поддержания жизни в материальном мире субсидиарный элемент. Не элемент определяет систему, но система определяет свои элементы, система управляет своими элементами, система интегрирует свои элементы – на то она и система. Наконец, система властвует сама над собою – и, понятное дело, над каждым своим элементом. А если «вспомнить» о том, что речь идёт о социальной системе, и о том, что качество системы определяется качеством её структурирующих системообразующих связей, то станет очевидно – когда очами очень видно – что главное в человечно-социальной системе под названием социализм является не уровень материально-технической базы для сотворения рого-изобильного потока матерпредметов, но качество межчеловеческих отношений, их социальность как способность комплементарно соединять человеков в единое-цельное общество – большую социальную семью.

Истинный социализм как качественный уровень взаимопомогающих, взаимокомплементарных отношений никак не зависит от достигнутого уровня так называемой материально-технической базы. Материальное есть количественное, идеально-духовность межчеловеческих отношений есть качественность. Сколько в настоящий момент имеется материальных благ – столько и делим, распределяем, потребляем – но! делаем это по человечески, как это принято в социально-человечной системе-семье. Это для т.Маркса и стойких марксистов очевидно, что «сначала» нужно есть, пить, одеваться, потреблять прочие матерблага, а уж затем можно, может быть, подумать о чём-нибудь более «высоком». Матер-ловушка в таком «последовательном» материально-приоритетном подходе к человеческой жизни заключается в том, что, если «сначала» потреблять, а, уж, затем «быть человеком», то, при условии того, что матер-потребности постоянно(!) опережающими темпами растут, до «начала» социальной человечности гоминид-потребляющий коммуно-людь никогда(!!!) не доразовьётся, всегда будет дочеловеком! Более того, поскольку потребности перманентно растут, то гоминидное потреб-сообщество просто обречено состоять из недоудовлетворенных недопотребляющих индивидов. Хорошенький коммунизм придумал т.Маркс! Каждому недоудовлетворенному – по его впереди-бегущим потребностям! Морковка перед носом ослика?

В нормальном социально-человечном социалистическом обществе человек – что бы он ни делал – он всегда остаётся человеком. И материальные блага распределяет-потребляет по человечески, и творчески со-работничает Богу – тоже по человечески.

Социалистическое общество есть социальное по качеству отношений, любое досоциалистическое сообщество есть, в какой-то мере недосоциальная система. В недосоциальной системе (например, при капитализме) всегда(!) присутствуют два начала: социально-человечное, которое интегрирует человеков в общество, и досоциальное, то есть животное начало, которое всегда сеет раздор, конкуренцию, конфликт. Таким образом, в любом досоциальном обществе всегда в рамках одной системы (собственно общества) гнездятся две системы с очень разными принципами структурирования и воспроизводства системообразующих связей. Отсюда, в досоциальных системах всегда присутствует имманентный конфликт, борьба, противостояние, война, ненависть, жестоковыйность – часто рядящаяся в религиозность. Единство и борьба противоположностей – это, увы, закон досоциальной системы.

Дочеловеков объединяет стремление стайно нападать или стадно защищаться, причём, действуя совместно, каждый дочеловек действует исключительно для себя – ведь один из видов борьбы внутри дочеловеческого животного общества есть внутривидовая борьба. Дочеловеки – всегда порознь, даже, когда они сообщники. Быть дочеловеком – выбор нечеловека.

Человеков объединяет стремление помогать друг другу. Человеки живут вместе – за одно, в единстве и взаимности.

Быть Человеком – выбор человека!

А.И. Рязанов. Народный социализм

Источник