В наступающем 2020 году в России впервые появятся частные тюрьмы

Коммерческие организации получат возможность использовать труд заключенных, приговоренных к принудительным работам.

В наступающем 2020 году в России впервые появятся частные тюрьмы. С января 2020 года коммерческие организации получат возможность использовать труд заключенных, приговоренных к принудительным работам. Такой закон протолкнула Федеральная служба исполнения наказаний Российской Федерации.

Заключенных решили «сдать» предпринимателям

В тюремном ведомстве давно думали над тем, как оптимизировать расходы на содержание заключенных. В конечном итоге, вместо сокращения бюрократического аппарата решили привлечь инвесторов из крупного и среднего бизнеса.

Сейчас в России тысячи людей ежегодно приговариваются к принудительным работам. Так почему же не отправлять их на принудительные работы в частные компании? Теперь мечта ведомства осуществиться — открывать так называемые «исправительные центры» сможет любая коммерческая компания. Главное — договориться с территориальным подразделением Федеральной службы исполнения наказаний.

Сторонники новой модели ссылаются на опыт ряда зарубежных стран, где частные тюрьмы функционируют очень давно. Но стоит ли России перенимать эту «передовую технологию»? Ведь как не крути, но российское общество — очень специфическое, а его пенитенциарная система и подавно отличается от зарубежных аналогов.

К тому же, в России очень высок уровень коррупции, а органы ФСИН, как и вся правоохранительная система, поражены коррупцией едва ли не в большей степени, чем другие органы власти. Например, бывший директор Федеральной службы исполнения наказаний Александр Реймер был осужден на 8 лет лишения свободы и в настоящее время отбывает наказание. Его заместителю Николаю Криволапову дали 5 лет и 8 месяцев лишения свободы по тому же делу о хищении средств, выделенных на закупку электронных браслетов.

Скептики настаивают, что Россия к появлению подобных тюрем не готова. Но есть и те, кто считает, что ничего особо плохого Федеральная служба исполнения наказаний не предлагает. В конце концов, почему бы не сэкономить государственные деньги? Тем более, что у ФСИН не все гладко с финансовыми возможностями, да и кадровый дефицит всегда отличал пенитенциарное ведомство от других силовых структур, служба в которых не столько менее трудна, сколько более престижна.

Частные тюрьмы существовать могут, но лишь под контролем государства

Юрист Андрей Лисов рассказывает, что в самой идее «частных тюрем» нет ничего страшного. Весь вопрос в том, как эта идея будет реализовываться на практике.

«СП»: — Насколько законна подобная инициатива, как она соотносится с федеральным законодательством?

— С юридической точки зрения каких-то особых препятствий для реализации такого вида наказания нет. Тем более, что оно предусмотрено Уголовным кодексом Российской Федерации. Если мы вспомним, то в советское время существовала похожая система — были т.н. «химики», которые отбывали наказание, работая на различных предприятиях. Как правило, их отправляли на предприятия вредного производства, где не хотели работать вольнонаемные сотрудники, на различные тяжелые и непрестижные работы. Но во многих городах они трудились и на обычных заводах. Поэтому это предложение лишь отражает модификацию такой системы в духе времени.

«СП»: — Как будет выглядеть на практике создание подобных учреждений? Кто будет организовывать быт осужденных, их охрану?

— В принципе, это сугубо технический вопрос. Скорее всего, организацию жизни и быта осужденных возьмут на себя те организации, которые будут привлекать их на работу. То есть, им придется оборудовать общежития, рабочие места, медицинские пункты. Что касается вопросов охраны, обеспечения соблюдения законов, то этим будет заниматься Федеральная служба исполнения наказаний. Без ФСИН подобные центры работать просто не смогут, даже если коммерческие организации обеспечат охрану из частных охранных предприятий. ФСИН нужна для легитимации системы в глазах и общественности, и осужденных. Потому как одно дело — частный охранник, а другое — сотрудник государственного правоохранительного органа, облеченный соответствующими полномочиями.

«СП»: — Какие могут быть риски в случае создания таких учреждений?

— Самый главный риск, на мой взгляд, будет заключаться в возможности уклонения от наказания с помощью коррупции. То есть, те люди, у кого есть деньги, будут просто договариваться с коммерсантами и отбывание принудительных работ для них превратится в формальность. Они будут спокойно жить дома, а числится работающими на этом предприятии. И проконтролировать эту ситуацию для ФСИН будет очень сложно. Следовательно, появится ощутимая поляризация осужденных по социальному признаку — для богатых такое наказание может стать сущей формальностью, для обычных людей — тяжелым трудом. Второй риск — поддержание порядка в подобных учреждениях. Режим там, несомненно, будет мягче, чем в колониях. И отсюда — выпивка, драки. Будем откровенны, справиться с этим будет сложнее.

Адвокат Тимур Харди считает: ничего плохого в инициативе по созданию подобных коммерческих проектов нет. Главное, чтобы государство детально разработало четкий механизм контроля за ситуацией в частных тюрьмах, за соблюдением в них законодательства. И осуществляло регулярное и внимательное наблюдение за содержанием лиц, приговоренных к принудительным работам.

По мнению Харди, именно отсутствие должного контроля и может вызвать воплощение в жизнь тех рисков, о которых говорят критики данного предложения. И вся загвоздка в том, как обеспечить должный уровень взаимодействия между государством и коммерческими структурами, избежать коррупции, которая и так серьезно поразила пенитенциарную систему.

Вольные рабочие обойдутся дешевле

Но и чиновники ФСИН, и экспертное сообщество пока не могут дать ответ на вопрос, заинтересуется ли сам бизнес подобными проектами? Ведь заключенные, даже осужденные к принудительным работам, все равно являются проблемной средой, да и, работая «из-под палки», вряд ли они будут производить качественную продукцию. Платить же заключенным придется не меньше, чем минимальный размер оплаты труда. На сегодняшний день он составляет 11 тысяч рублей.

Но не стоит забывать и о том, что в дешевой рабочей силе в России недостатка нет. В регионах, где есть проблемы с занятостью населения, за относительно небольшую зарплату готовы исправно работать очень многие, можно привлечь и мигрантов. Даже если платить 15−20 тысяч рублей в месяц, расходы на вольнонаемных работников будут куда меньшими. При этом не потребуется строить режимные корпуса общежитий, нанимать усиленную охрану, выстраивать взаимодействие с ФСИН.

Поэтому очередь инвесторов, желающих вложиться в открытие частных исправительных центров, судя по всему, многочисленной не будет. Но инициатива может привлечь недобросовестные компании, желающие нажиться на государственных контрактах и рассматривающие коррупционную составляющую как важнейшую статью дохода в данном направлении.

Источник