Елена Тимошина: Легализация «гендера»

Депутат Оксана Пушкина лоббирует легализацию в России «свободного пола»

В ноябре 2017 года один из комитетов Государственной думы Российской Федерации создал временную рабочую группу по доработке законопроекта о гендерном равенстве. Депутат Оксана Пушкина утверждает, что принятие такого закона позволит обеспечить реализацию равных прав мужчин и женщин в трудовых отношениях, что подразумевает под собой «решение таких проблем как сексизм, эйджизм и харассмент«, а также урегулировать вопросы участия женщин в политике.

Несмотря на то, что в официальном названии проекта закона фигурирует упоминание о равных правах мужчин и женщин, он совсем не об этом. (Да и какой смысл уравнивать в правах тех, чьи права уравнены сто лет назад?) Самое опасное его новшество – правовое закрепление термина «гендер» со всеми вытекающими отсюда последствиями. И если каждая статья законопроекта вместо термина «пол» содержит понятие «гендер», то разве не очевидно, что его цель – регламентация именно гендерного равноправия?

Нас пытаются грубо обмануть, запутав терминами, потому что равноправие мужчин и женщин не имеет ничего общего с гендерным равноправием. Традиционное понятие «гендер», трактуемое в отечественной (еще советской) социологии как социальная роль пола, давно устарело и не соответствует ни современным западным научным понятиям, ни тем международным документам, которые приняты в защиту «гендера».

Термин «гендер» впервые во внеграмматическом контексте был использован в 1968 году психологом Робертом Столлером в работе под названием «Пол и гендер» («Sex and Gender»), и разделение указанных в названии терминов было сделано специально, чтобы подчеркнуть разницу между ними. Иными словами, существует биологический пол, в рамках которого имеются только категории «мужчина» и «женщина», и существует гендер («пол социальный»), который не ограничивается понятием «пол» и может включать множество вариантов идентификации личностью себя, например, «гомосексуалист» или «зоофил».

На официальном уровне замена понятия «пол» на «гендер» произошла в 1995 году в Пекине на Всемирной конференции ООН как проявление уважения прав людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Поэтому «политика гендерного равенства», так активно продвигаемая в упомянутом проекте закона – это деятельность органов государственной власти и государственного управления по защите прав лиц нетрадиционной сексуальной ориентации.

Именно подмена пола гендером привела к чудовищным последствиям в мире: в Европе сегодня насчитывается свыше 50 официально зарегистрированных гендеров. Под воздействием гендерного мировоззрения и принятых соответствующих законов произошло коренное изменение в области воспитания и образования.

Например, в специальных дошкольных учреждениях Швеции поставлена задача формирования новых людей, свободных от представлений о биологическом поле. В детском саду «Эгалия» в Стокгольме с 2010 года к детям относятся так, как если бы у них не было пола. Вместо «хан» и «хон» («она» и «он») детей называют жаргонным термином нетрадиционных сексуальных меньшинств – «хен» («оно»). Воспитание они получают также соответствующее: «девочкам там помогают стать мальчиками, а мальчикам – девочками». Идеологами гендерного равенства это объясняется всего лишь как желание «равноправия и равных возможностей». Они пытаются сделать современных детей нейтральными по половому признаку, став жертвой доктрины, принятой в 1995 году. Именно тогда началась трансформация личности в абстрактное «оно».

Или, например, образовательные школы Великобритании вступили в «гендерную» программу, в рамках которой все учителя прошли обучение на курсах Оксфордского отделения «Общества гомосексуалистов», где им запретили называть учеников местоимениями «он» и «она», а также словами «девочка», «мальчик», обязав употреблять по отношению ко всем «оно». И уже в ноябре 2017 года учитель математики Джошуа Сатклифф (Joshua Sutcliffe) был уволен из школы (The Cherwell School) за одну фразу: «Молодцы, девочки», оценив работу школьниц на уроке.

Та же политика «гендерного равенства» привела к тому, что в феврале 2018 года преподавателя Джени «Вики» Нокс (Jenye “Viki” Knox) уволили всего лишь за её критику объявленного в образовательном учреждении «месяца гомосексуализма». На своей страничке в социальных сетях она написала, что это оскорбляет традиционных «мужчин» и «женщин». Учитель раскритиковала вульгарную рекламу «Будь трансгендером!» американского сообщества «LGBTQIA+», которую разместили на огромных стендах внутри образовательной организации. Позиция учителя была такова: «Зачем выставлять своё противоестественное аморальное поведение напоказ перед всем остальным миром, ведь содомия – это грех, который поражает, как раковая опухоль».

И подобные явления набирают обороты как раз благодаря принятым в странах законам о гендерном равенстве. Европейское «сообщество гомосексуалистов» считает основополагающим направлением именно законотворческую работу по легальному «упразднению упоминания о поле». Этим и объясняется феномен полного отсутствия в тексте обсуждаемого законопроекта термина «пол» и тотальная замена его словом «гендер».

Таким образом, если ставить знак равенства между понятиями «пол» и «гендер» сегодня не приходит на ум ни одному образованному человеку, почему же депутаты, продвигающие данный законопроект, этого не понимают, а, может, просто явно заинтересованы в ином результате?

Елена Тимошина, кандидат юридических наук, старший научный сотрудник ФГКУ «ВНИИ МВД России»

Источник