«Наноденежные» технологии

Корпорация «Роснано» продолжает функционировать в убыток

Похоже, к двум старым проблемам России – дуракам и дорогам – наш век добавил еще две. Они называются «Сколково» и «Роснано». Первое хотя бы уже продает жилье, а также запустило в эксплуатацию предприятия общепита и… гольф-клуб. Вот оно, внедрение настоящих инноваций в жизнь! А вот второе, похоже, если чему-то и научилось, так это только просить денег у государства.

Пятого сентября российское интернет-пространство едва не взорвала новость: «Чубайсу дают еще 70 миллиардов». Не взорвала, наверное, только потому, что именно 5 сентября вся Москва отмечала День города, а вся страна – во всяком случае, мужская часть ее населения – жила ожиданием первого матча футбольной сборной под руководством Леонида Слуцкого.

Футболисты отстояли свои 1:0 со шведами, и разборки с «приватизатором всея Руси» сетевое сообщество, кажется, решило отложить на потом. Тем более что на самом верху уже далеко не в первый раз поддерживают очередное детище одного из лучших менеджеров эпохи, самого эффективного управленца всех времен и народов. Такое бывало и в разгар кризиса 2008-2009 годов, и в 2012 году, когда в «Роснано» что-то там накосячили с обменом акций, и чуть позже, когда глава корпорации храбро отчитался о ее миллиардных убытках.

Тем не менее, к счастью, в России очень многие журналисты нередко руководствуются принципом: «Но я молчать не буду». Хотя тема явно уже набила оскомину, и кому-то по-прежнему кажется, что государственные гарантии – это все-таки еще не совсем украденные деньги. В нормально функционирующей экономике так и есть, но в нормальное функционирование российской экономики со времен дефолта верится как-то с трудом.

Тем более что адекватных решений приходится ждать, в первую очередь, от экономического блока правительства, в котором явно с избытком почитателей таланта главы нанокорпорации. Стоит ли удивляться, что минфин и минэкономразвития оперативно, и к тому же без «лишнего шума» договорились об условиях и форме государственной поддержки «Роснано» на 2016–2018 годы.

Корпорации, начиная с 2016 года, дана возможность кредитоваться практически без ограничений, и, судя по всему, под вполне приемлемые проценты. Иначе зачем же нужны госгарантии на общую сумму до 70 миллиардов рублей. Вопрос не решен окончательно, но по всем признакам, к моменту утверждения незамысловатой схемы на заседании кабинета министров все нужные согласования будут иметь место.

Кредиторами очередных «нанопроектов», скорее всего, придется работать вполне государственным банкам, начиная со «Сбербанка», главу которого тоже не заподозришь в антипатии к главному нанотехнологу, и кончая ВТБ и ВЭБом.

Руководитель последнего просто сидит в совете директоров «Роснано», сам же банк владеет ценными бумагами корпорации, как впрочем, и корпорация владеет бумагами банка. При этом никто не возьмется утверждать, что к кредитованию «Роснано» больше никого не допустят – просто с госгарантиями в таком случае дело будет обстоять чуть сложнее.

Когда было создано «Роснано», никто не ожидал, что узкоспециализированная компания вскоре превратится в нечто вроде инновационной монополии. Естественной, вроде РЖД, «Газпрома» или распиленного по рецептам все того же Анатолия Чубайса РАО ЕЭС ее назвать ни у кого язык не повернется. Но именно команде Чубайса удалось, казалось, невозможное: убедить высшее руководство страны в том, что в России можно не просто создать полноценный рынок нанотехнологической продукции, но и превратить страну в экспортера разного рода высокотехнологичной продукции.

Нам твердили, что нанотехнологии должны стать только своего рода отправной точкой инновационного прорыва. Однако само «Роснано» очень грамотно дистанцировалось от реальных разработок и производства, взяв на себя функции «продвижения» нанопродукции и инвестирования в наиболее перспективные проекты. Вот оно, ключевое слово: «инвестиции». Первые инвестиции сделало, конечно же, государство. Сначала как взнос в капитал «Роснано» – в размере 130 миллиардов рублей. Затем – в виде госгарантий по займам на сумму до 182 миллиардов.

Прошли годы. Практически все средства оказались исчерпаны: часть их «Роснано» вложила в акции производителей нанопродуктов и материалов, часть предоставила им в долг. Изначально предполагалось, что, израсходовав вложенные государством суммы, «Роснано» продолжит инвестировать уже собственную прибыль, которую заработает, в том числе – продавая доли в работающих нанопредприятиях.

Однако реальность оказалась намного сложнее. Но в чем-то и проще. О какой-либо реальной отдаче от «Роснано» мало кто и что слышал. Нет, конечно, кое-кто очень хотел бы принять всерьез электронную книгу «Пластик лоджик 100», которую показывал Чубайс президенту страны. Он расписывал ее как перспективный электронный учебник для российских школ, способный заменить обычные книги. «Роснано» тогда инвестировало 150 миллионов долларов в компанию «Пластик лоджик» и широко объявило о планах строительства завода в Зеленограде – для производства «гибких дисплеев».

Заговорили даже о том, что «планшетами Чубайса» будут оснащены чуть ли не все школы России. Но прошло чуть больше года, как грандиозные планы пришлось сворачивать, уже в мае 2012 года «Роснано» отказалась от выпуска собственных «читалок» и планшетов.

Сроки начала строительства завода в Зеленограде и вовсе перенесли на неопределенное время.

Это был отнюдь не первый «прокол», слухов или достаточно емких сообщений о провале того или иного проекта за это время вообще-то хватало. В Усолье-Сибирском собирались выпускать «солнечные нанобатареи», но китайские производители оказались проворнее и вышли на рынок намного раньше и уже изначально с более дешевой продукцией. Как и предсказывали скептики, благополучно провалились и проект производства режущей проволоки для кремния в Липецке, и разрекламированный «Монокристалл» по выпуску сапфировых пластин в Ставрополе.

Но еще до этого депутатская группа во главе с Оксаной Дмитриевой требовала расследования деяний менеджмента корпорации «Роснано», считая, что многие заключенные этими господами сделки имели признаки состава преступлений, прописанных в УК РФ. В депутатском запросе фигурировали термины «мошенничество» – простое и с кредитами, «отмывание преступных доходов», «преднамеренное банкротство», «уклонение от налогов», «нецелевое расходование бюджетных средств», и, наконец, «злоупотребление полномочиями и нарушение изобретательских и патентных прав».

А ведь все дело было в том, что корпорация «Роснано» практически изначально была запрограммирована на убыточность. Это даже было заложено в ее учредительные документы. И если даже за пресловутое «продвижение» все-таки надо как-то отчитываться, то за неудачные инвестиции можно не отчитываться вовсе. Достаточно малого: вовремя и во всеуслышание признать свои неудачи, и объявить о миллиардных убытках.

Глава «Роснано» в середине 2013 года именно так и поступил, объявив о необходимости разом списать убытки корпорации размером в 22 миллиарда. Время для признания было выбрано весьма удачно – об убытках из-за, мягко говоря, неудачных инвестиций «Роснано» вот-вот должна была объявить Счетная палата. Однако серьезного хода результатам двухлетней давности проверки «Роснано», проведенной специалистами «Счетки», до сих пор так и не дано.

Между тем, уже в материалах этой проверки отмечалось, что «за 2007–2012 годы расходы корпорации (затем – ОАО) «Роснано» составили более 196 млрд. рублей. За пять лет на административные и хозяйственные нужды было израсходовано 6 млрд. рублей, на размещение персонала (покупка и ремонт части здания) — 5,3 млрд. рублей, на консультационные и экспертные услуги – 4 млрд. рублей, на охрану – 560 млн. рублей, на транспорт — 850 млн. рублей». При этом на оплату труда и социальные выплаты, как подсчитали в Счетной палате, ушло 7 миллиардов, расходы на оплату труда в расчете на одного человека с 2007 по 2012 год увеличились с 65 тысяч до 593 тысяч рублей, или более чем в девять раз…

Из открытых материалов Счетной палаты следовало, что «на момент проверки наличие каких-либо документов, подтверждающих эффективность произведенных вложений, не установлено». По оценке специалистов СП, ряд сделок, осуществляемых за счет инвестиций, обладали «признаками отмывания и легализации средств, получения необоснованной налоговой выгоды, занижения налогооблагаемого дохода, необоснованного получения возмещения НДС из бюджета при экспортно-импортных операциях».

Примечательно, что примерно в то же время пресса озвучила данные о зарплатах топ-менеджмента корпорации, отсчет которых начинался с 400 тысяч рублей в месяц, а также и о двухмиллионном окладе самого главы «Роснано». Понятно, что погашать убытки компании непосредственно из этих сумм никому и в голову не пришло.

Зато дальше – больше.

За 2014 год в «Роснано», имея 5,4 миллиарда рублей наличных денежных средств, уже просто констатируют 14,57 миллиарда чистого убытка при выручке в 6,3 миллиарда. И в ответ уже почти получают гарантии аж на 70 миллиардов.

Нынешними темпами почти на пять лет должно хватить.

Руководитель «Роснано», похоже, сегодня решил, что теперь просить надо не так много, как это было сделано сразу, но и не мало. А дальше «нанотехнологи» посмотрят, не оскудеет ли рука дающего…

Алексей Подымов – шеф-редактор информационного агентства «Финансовый контроль – новости»

Источник