Государственные воды

В России крупнейшая в мире гидросистема, включающая 30 тыс. водохранилищ и крупных искусственных озёр,давно требующие пристального внимания.

Государство вкладывает изрядные средства в обводнение Крыма. Экстренно наполняют, в том числе деньгами, 23 водохранилища полуострова. Федеральный бюджет готов потратить сотни миллиардов на реконструкцию Северо-Крымского канала, строительство поддерживающего водохранилища на Таманском полуострове и снабжение Крыма опреснённой водой. Дело хорошее, но не стоит забывать: проблемы с водой и всем, что с ней связано, не только в Крыму. В России крупнейшая в мире гидросистема, включающая 30 тыс. водохранилищ и крупных искусственных озёр. Все давно требуют пристального внимания.

Кавказский разлом

В памяти остался Крымск, который два года назад смыло ливневыми дождями. Более тысячи разрушенных зданий, 168 жертв. Водные катастрофы такого масштаба в РФ, к счастью, случаются редко. Тем не менее серьёзные аварии на дамбах, плотинах и каналах – явление регулярное. Просто волна обычно поднимается локального масштаба, не доходит до эфира федеральных каналов.

Что далеко ходить. Порой информация поступает из неожиданных источников. В последних числах июля 2014 г. Минсельхоз распространил занятную новость: в Дагестане восстановлено водоснабжение сельского хозяйства республики. Что с ним случилось? Оказывается, ещё в апреле 2014 г. в Хасавюртовском районе резко поднялся уровень воды на Аксай-Акташском сбросном тракте. Вода переполнила железобетонный пролёт акведука Вартазар, размыла опоры. Конструкция, которую местный Минмелиоводхоз не ремонтировал со времён царя Гороха, не выдержала и разрушилась. Вартазар – один из ключевых узлов водоснабжения республики. В результате хозяйства шести окрестных районов в разгар сезона на три месяца остались без поливной и питьевой воды.

Хорошо, люди не пострадали. После этой кавказской истории зашевелились даже на федеральном уровне. Власти пообещали срочно установить системы оповещения населения об угрозе на всех крупных гидротехнических сооружениях. Это и дамбы, и акведуки, и регулирующие гидроузлы. Всего в РФ 55 тыс. гидротехнических сооружений. Среди них насчитали 330 потенциально самых опасных, включая 168 плотин, 30 гидроузлов, 25 дамб.

Конечно, странно, что системы принялись ставить только сейчас, а не сразу после Крымска. Есть и другие вопросы. Почему оповещения не было? К тому же стоит разобраться, как оно работает. Потому что сильно ли помогут, например, сирены, если скорость волны при прорыве плотины достигает 200 км/ч, её высота может сравняться с высотой прорванной дамбы. Это – десятки метров. Такая волна в мгновение сотрёт в порошок даже крупный город, от посёлков не оставит и следа.

Сценарии подобных катастроф всегда одинаковы. Если в некоем регионе проходят мощные дожди и выпадает огромная внеплановая норма осадков, лучше, чтобы по соседству не было крупного водохранилища. Потому что слив дамбы может не справиться. Начнётся переполнение, персонал неизбежно устроит экстренный сброс воды. Проще говоря, откроет заслонки на полную. После чего вода в реке резко поднимется, окрестные сёла всплывут.

Это ещё самый щадящий вариант. Бывает хуже, как это произошло 7 августа 1994 г. на плотине Тирлянского водохранилища в Башкирии. Тогда прошли мощные дожди, вода резко поднялась, надо было срочно открывать сливы. Но механизмы водосброса на дамбе оказались неисправны. Отверстия слива не открылись, в результате вода переполнила водохранилище и хлынула через гребень. Дамба устояла – тут повезло. Потому что, падая, вода могла разрушить подошву плотины. В этом случае вниз хлынула бы вся гигантская водная масса водохранилища. Как бы то ни было, это не спасло ближайший посёлок Тирлян. По нему пронеслась семиметровая волна, погибли 28 человек.

Плотинный вопрос

В декабре 2006 г. страна была на волосок от трагедии. Тогда неожиданно хлынула вода из водозабора дряхлой плотины Бурейской ГЭС. Работники станции почти чудом остановили разраставшуюся течь. В том же году из-за гидроудара разорвало водозаборную камеру Гельбахской ГЭС, пошёл крупный выброс воды.

Такие истории в разных масштабах происходят постоянно. Не стал исключением 2014 год. В середине июля в Якутии местная пресса пестрела заголовками «Прорыва дамбы удалось избежать». Ситуация загадочная. 10 июля резко поднялся уровень воды в районе водохранилища Сирэ-Хологос. Ночью руководитель оперативного штаба МЧС Чурапчинского района В. Пермяков сделал экстренное заявление: на водохранилище прорвало дамбу. Спустя несколько часов МЧС опровергло его слова. Тем не менее, как ни успокаивали жителей Якутии, спасатели не забыли порекомендовать в ближайшие дни не ездить по трассе Колыма. Мол, трасса перекрыта, потому что в Таттинском районе идут работы по «недопущению подтопления посёлков».

В иных регионах скрывать ничего не надо. Население и так знает – скоро затопит. Потому что некоторые водохранилища работают в постоянном аврале. Для жителей Северного Кавказа притчей во языцех стало Геджухское водохранилище. Оно регулярно производит аварийные сбросы на соседние сёла. На Ставрополье серьёзных аварий не было. Но слухи появляются регулярно. В 2014 г. опять пошла молва о прорыве Сенгилеевского водохранилища. Население всполошилось, хотя на деле ничего не было.

В общем, тема водохранилищ – чувствительная. В Чувашии плотинный вопрос стал предметом крупного спора между тремя соседними регионами. Руководство республики давно продвигает идею поднять уровень воды Чебоксарского водохранилища до отметки 64 метра. Дело в том, что открытая в 1981 г. Чебоксарская ГЭС из-за спешки и недоработок была запущена с пониженным уровнем гидроузла: 61 метр вместо 64. Воды не хватает, хранилище постепенно превращается в болото. Но главное – рост уровня воды резко повысит мощность ГЭС. Чувашия порядком выгадает, потому что вместе с водой поднимутся налоговые сборы. Всё ничего, но руководство соседних Марий Эл и Нижегородской области категорически против – боятся аварий. Спор идёт не первый год, стороны по очереди бегают в Кремль, решения всё нет.

Зона риска

Ещё опаснее действующих – брошенные гидросооружения, которых в России сотни. Плотины стоят, за ними никто не следит. Только в Ленинградской области таких более 50. Обычно получается так: во времена СССР водохранилище принадлежало заводу, в наши дни он разорился или просто её забросил.

Даже если у дамбы есть хозяин – это не гарантирует безопасность. «Взять, допустим, затвор на водосливной плотине Свирского водохранилища в Ленинградской области. Он давно нуждается в замене. Если случится серьёзный паводок – все населённые пункты вниз по течению снесёт мощной волной», – рассказывает гендиректор ЗАО «Спецгидромонтаж» А. Алыпов.

Масштабы плотинной угрозы – не секрет ни для местных властей, ни для федерального центра. Чиновники Федерального агентства водных ресурсов давно подсчитали возможные риски. Цифры можно найти в концепции федеральной целевой программы «Развитие водохозяйственного комплекса РФ в 2012–2020 гг.». Там сказано: «Общая площадь паводкоопасных районов на территории РФ достигает 400 тыс. кв. км, из которых ежегодно затапливается до 50 тыс. кв. километров. Затоплению подвержены территории 746 городов, в том числе 40 крупных, тысячи населённых пунктов с населением около 4,6 млн. человек и более 7 млн. га сельхозугодий».

В зоне риска – огромная часть территории РФ, включая Дальний Восток, Урал, низовья Волги, Сибирь. Разумеется – Краснодарский край. Кто отвечает за безопасность миллионов людей? Если копнуть, окажется – никто.

Формально, по закону «О безопасности гидротехнических сооружений», вахту несёт Ростехнадзор. Это ведомство обязано минимум раз в год проверять состояние дамб и шлюзов и выдавать паспорт безопасности. Кроме того, проверки гидросооружений должно устраивать МЧС.

На практике ситуация обратная. Принятый Госдумой Водный кодекс разрешил приватизацию водных ресурсов. Заодно – дал государству возможность спихнуть с себя ответственность. По новым правилам в федеральной собственности осталось только 70 крупнейших водохранилищ из имеющихся 1,2 тысячи. Остальные перешли в частное управление. Именно это произошло на Неберджаевском водохранилище – им управляла впоследствии обанкротившаяся частная компания «Юг-Водоканал». Самый интересный момент – такие частные водохранилища легко переводятся в разряд туристических объектов. После чего уходят из-под контроля Ростехнадзора.

Что сказать? С таким государственным присмотром единственный совет – лучше быть настороже, если живёшь в зоне возможного разлива. Как показала практика – заранее об угрозе никто не предупредит. Да и ответственных потом не найти.

Источник