Изгой или герой?

Как «пытали» лётчика-шпиона Пауэрса на Лубянке

Этим летом медалью «Серебряная звезда» – одной из самых высоких наград США – отмечен знаменитый воздушный лазутчик Фрэнсис Гэри Пауэрс. Посмертная награда вручена в Пентагоне внукам лётчика-шпиона – девятилетнему Трэю Пауэрсу и 29-летней Линдси Берри. Как сообщает американская пресса, на церемонии награждения генерал Шварц сказал, что эта медаль дана их деду за героизм, проявленный в советском плену. Он подчеркнул также, что настоящий американец не выдал никакой секретной информации, несмотря на все издевательства и пытки, перенесённые в подвалах страшной тюрьмы на Лубянке.

Так ли это? В этом решил разобраться обозреватель «АН».

Неожиданная удача

По делу Пауэрса у меня сложилось довольно обширное досье. В нём были и стенограмма суда над лётчиком-шпионом, и новейшие опубликованные американские документы из сугубо секретного дела 1962 года. После того как он был обменян на советского разведчика Абеля и как следует допрошен в родных стенах, некоторые в ЦРУ считали, что русские его загипнотизировали, накачали наркотиками или каким-то образом промыли ему мозги. В моём компьютере хранились и переводы из влиятельных западных газет о деле Пауэрса. Но не было главного – свидетельства очевидца.

Спустя более чем полвека трудно было найти человека, который бы лично участвовал в тех событиях. И тут на помощь пришёл случай.

В субботу поехал навестить близкого родственника, отдыхавшего в подмосковном санатории одной из российских спецслужб. Он познакомил меня со своим соседом по столу – полковником в отставке Андреем Сергеевичем Кузнецовым. Среди 80–90-летних «хоккеистов», так в шутку называл он своих друзей, ходивших с палочками, 77‑летний бывший контрразведчик выглядел ещё юниором. И главное, он был в твёрдом уме и ясной памяти. Два с лишним часа он рассказывал, как содержали и допрашивали сбитого лётчика-шпиона на Лубянке. Но сначала короткая предыстория.

Досье

Самолёт-разведчик U-2 вылетел 1 мая 1960 года с базы Пешавар в Пакистане, заправился в Турции и взял курс на СССР. Он должен был пересечь советскую территорию вдоль Уральского хребта и приземлиться в Норвегии. Это был уже 28-й его полёт над Советским Союзом. Недалеко от Свердловска самолёт Пауэрса был атакован зенитной ракетой. Она разорвалась рядом с хвостовой частью машины. Пилот катапультировался, был задержан местными жителями и передан органам КГБ.

Первые допросы

Мы беседовали с Андреем Сергеевичем в буквальном смысле слова на ходу – во время его прогулки по санаторному терренкуру. Каждый день он преодолевает этот семикилометровый маршрут. Обычно идёт быстрым шагом, почти бегом, но сейчас из жалости к собеседнику двигается вдвое медленнее.

– В то время я был старлеем, – говорит полковник в отставке Кузнецов. – И, конечно, старшему лейтенанту не доверяли самостоятельно вести допросы столь важного пленника. Я всего лишь был, что называется, на подхвате у куда более опытных товарищей.

– Подавали пыточные инструменты? – неудачно сострил обозреватель «АН».

Ветеран возмутился:

– Не говорите глупостей. В хрущёвскую оттепель уже никого не пытали. Да и раньше на Лубянке никогда не применяли пыточные инструменты. Мы ж не инквизиция и не гестапо.

– А как же выбивали признания из жертв 1937 года? – продолжал настаивать журналист.

Кузнецов пожал плечами:

– Понятное дело, в силу возраста я не застал те мрачные времена. Но старшие коллеги рассказывали, что было два способа развязать язык подследственному: первый – рукоприкладство, второй – СУП.

– Что-что? – удивился обозреватель «АН», но потом вспомнил старую инструкцию.

Что рассказал Пауэрс?

Но я засомневался в этом:

– Сын Паурса Гэрри утверждает, что на Лубянке, по словам его отца, обращались с ним не слишком сурово, если не считать лишения сна и заключения в одиночной камере. Лётчик-шпион утверждал, что его допрашивали по 16 часов в день. После обмена его так же интенсивно проверяли в ЦРУ.

Старый контрразведчик усмехнулся:

– У всех спецслужб схожие методы. Но у нас сбитому лётчику давали спать не менее 8 часов в сутки. А допросы больше напоминали непринуждённые беседы. Ведь ему было скучно в одиночке.

– А почему его содержали в одиночной камере? Пытали таким макаром?

Полковник снова возмутился:

– Что вы зациклились на пытках?! Это делалось, чтобы сохранить тайну следствия. И скажу по секрету, чтобы другие заключённые не завидовали. Ведь Пауэрсу по личному приказу Хрущёва камеру уставили мягкой мебелью, на полу был ковёр, а еду ему доставляли из ресторана «Арагви». Даже финский костюм, в котором он позже был на суде, привезли из знаменитой сотой секции ГУМа.

– И как ответил на такую «заботу коммунистической партии и советского правительства» этот наймит империализма? – съехидничал я.

Андрей Сергеевич стал подробно рассказывать, как на допросах Пауэрс заявил, что он капитан и работает на ЦРУ, что он фотографировал наземные объекты оборонной промышленности Советского Союза. Сбитый лётчик-шпион сообщил все технические характеристики самолёта и оборудования, установленного на борту.

Как показал Пауэрс на следствии, за выполнение разведывательных заданий ему был установлен ежемесячный оклад в сумме 2500 долларов, тогда как в период службы в военно-воздушных силах США ему выплачивали 700 долларов в месяц.

Благодаря откровенности Пауэрса в короткое время была усовершенствована система ПВО СССР. И уже летом на Лубянке он сидел в компании двух других пилотов, чей самолёт был сбит над Советским Союзом 1 июля 1960 года. Правда, этот нарушитель советских границ был поражён не ракетой, а завален советским истребителем над нашими территориальными водами в Баренцевом море. Тогда четверо членов экипажа погибли, а двое попали в плен. Всего за годы холодной войны советские силы ПВО сбили в своём воздушном пространстве 40 американских разведывательных самолётов. В этих инцидентах погибли около 200 военнослужащих США.

Досье «АН»

Аббревиатура СУП расшифровывается просто: система угнетения психики.

Официально на Лубянке пытки не разрешались, но не было запрета на длительность допросов. Порой они продолжались по трое-четверо суток без перерыва. Следователи менялись, как на конвейере, а заключённый без сна тупел и медленно сходил с ума. Кстати, эту же психологическую пытку, наряду с мнимым утоплением, и по сей день применяет ЦРУ. У нас во времена Хрущёва эта практика уже была запрещена.

Смертельно опасные мемуары

По возвращении в США Пауэрса ожидал холодный приём. Первоначально его обвиняли в неисполнении обязанности пилота по приведению в действие взрывного устройства самоликвидации разведывательного самолёта, отснятой плёнки и секретной аппаратуры. А также в том, что он не совершил самоубийство при помощи особой отравленной иглы, которая ему была выдана сотрудником ЦРУ. Но потом сенатская комиссия его оправдала.

Пауэрс продолжил работу в военной авиации. Позже он написал в соавторстве книгу «Операция «Перелёт»: воспоминания об инциденте с U-2». И его сразу уволили из компании «Локхид», где он занимал должность лётчика-испытателя.

Пауэрс стал пилотом известной телекомпании. И 1 августа 1977 года погиб при катастрофе пилотируемого им вертолёта, возвращаясь со съёмок тушения пожара в окрестностях Санта-Барбары. По официальной версии, причиной падения геликоптера стала обычная халатность. Кто-то недолил в баки вертолёта почти половину топлива. А приборы в кабине машины почему-то показывали, что он заправлен под завязку. Фрэнсис Гэри Пауэрс погиб, не дожив до 48 лет. Похоронен на Арлингтонском кладбище.

Начальство в Лэнгли объявило сотрудникам, что ему не следовало бы писать книгу «Операция «Перелёт», в которой он рассказал о том, что пережил, и выставил в неприглядном виде ЦРУ.

Справка

Самолёт U-2, совершивший первый испытательный полёт ещё в 1955-м и разработанный для ведения стратегической разведки, состоит на вооружении по сей день. До 1960 года он мог совершать полёты на высотах, недоступных для имевшихся тогда в СССР истребителей. U-2 достигал высоты более 21 километра. В 1991-м, во время войны с Ираком, с помощью U-2 было сделано более половины всех снимков зоны военных действий и засечено до 90% всех иракских целей. Ныне U-2 используются в основном для разведки ситуации в КНДР и сбора данных о передвижениях талибов в Афганистане. Сейчас Пентагон объявил, что планирует избавиться от U-2 и заменить их беспилотниками.

Так кто же на самом деле лётчик-шпион Пауэрс? Изгой или герой Америки? Скорее всего – одна из первых жертв холодной войны.

Он слишком много знал

В июле этого года в израильской долине Хефер, велосипедист попал под колёса внезапно вильнувшего ему навстречу грузовика. Когда его окровавленное тело было доставлено в больницу, выяснилось, что жертва странного ДТП – легендарный Гиора Цахор, бывший глава отряда «Кидон» израильской разведки Моссад.

«Кидон» («Штык») – занимается исключительно убийствами и похищениями за пределами Израиля. Самая нашумевшая операция Цахора – дело Мордехая Вануну, израильского диссидента и учёного-атомщика. Вануну работал на израильской «фабрике атомных бомб» в Димоне.

Он принял христианскую веру и эмигрировал, предварительно отщёлкав несколько фотоплёнок в Димоне. Вануну опубликовал фото в лондонской «Санди Таймс», сняв таким образом завесу секретности с израильского ядерного проекта.

Шимон Перес, основатель и куратор израильского атомного проекта, приказал его похитить. Цахор заманил Вануну в Рим, соблазнив его прелестями блондинки-шпионки Синди. Из Рима накачанный наркотиками Вануну был доставлен на яхту, и та ушла к берегам Израиля.

Вануну получил 18 лет тюрьмы, из них большую часть провёл в одиночке, освободился, но и по сей день израильские власти не разрешают ему выезжать за границу.

Цахор ушёл в отставку и с тех пор вроде бы жил мирной жизнью пенсионера. Но в Израиле прошёл слух, что он написал мемуары о своей деятельности, и это могло послужить причиной загадочного ДТП.

Источник: Аргументы Недели