Михаил Хазин: Шаг в пропасть

Вступая в ВТО, Россия играет на руку своим экономическим конкурентам.

В последние двадцать лет одной из самых популярных экономических книг в России была работа Андрея Паршева “Почему Россия не Америка”. Посвящена она принципиальным климатическим отличиям России от других стран (холодно у нас!), которые требуют дополнительных компенсаций российским производителям. В противном случае они неизбежно будут проигрывать компаниям из стран с более благоприятным климатом. Обычно для таких компенсаций используются таможенные пошлины, о чем, собственно, и пишет Паршев, но правила ВТО их жестко ограничивают.

Впрочем, пошлины – не единственный способ компенсации региональных проблем, есть и другие. Наиболее распространенный – это закрытие собственных экономик от внешних товаров, что позволяет создавать собственную, внутреннюю систему цен. Этот способ использовали США в XIX веке. Сейчас так поступает Китай, который пользуется преимуществами дешевой рабочей силы. По этому же пути идет и ЕС, обеспечивающий рынки сбыта в основном собственным производителям. Этот способ использовал и СССР. Россия сегодня фактически пользуется его наследством в виде основных фондов (которые нынешним владельцам обошлись в копейки), инфраструктуры, которая работает на износ, и, конечно, дешевых энергоносителей. Наши металлурги, которые так ратуют за вступление в ВТО, никак не могут понять, что, как только цены на энергоносители в стране вырастут, для них настанут черные дни. И вот здесь начинается самое интересное. Одно из главных требований Евросоюза в части вступления России в ВТО – доведение внутренних цен на энергоносители до мировых (без учета климата, разумеется). Зачем это ЕС – понятно. Когда цены достигнут означенного уровня, остатки внутреннего производства в России благополучно умрут, поскольку не выдержат конкуренции с европейскими, в частности, производителями. Европа получит новые рынки сбыта и новые стимулы развития экономики.

Но это – стратегия. А в последнее время началась тактика. Дело в том, что экономический кризис в мире стремительно развивается, а главный его механизм – падение совокупного частного спроса. Иными словами, ситуация в экономике ЕС, как, впрочем, и в других регионах мира, начала быстро ухудшаться. И вопрос о том, чтобы российские граждане покупали именно европейскую продукцию, встал особенно остро. Да, Россия приняла условия ЕС по вступлению в ВТО и повышает внутренние цены на энергоносители, но делает это медленно. А самое главное – в любой момент может этот процесс остановить и даже обратить вспять, ничего особенного для этого делать не нужно. И руководство ЕС решило сделать обещания России необратимыми – для этого нужно как можно быстрее включить Россию в ВТО.

Это ничего, что ВТО, скорее всего, осталось жить всего несколько лет, поскольку кризис продолжается, конца ему не видно и экономическую картину мира он изменит радикально. Политическая модель современного мира вообще исключает для политиков возможность заглянуть чуть дальше предстоящих выборов. Но здесь и сейчас – для России уже выбрали дорожку, и она не должна с нее сойти. И тут Грузия со своими смешными амбициями встала на пути интересов Евросоюза. Понятно, у Тбилиси есть мощный защитник в лице США, однако не настолько заинтересованный, чтобы бодаться с ЕС по “неприоритетным” вопросам. И в этом случае информация о давлении ЕС на Грузию, скорее всего, соответствует действительности, уж коли и интерес, и возможности у Евросоюза для этого есть.

Другое дело, зачем нам идти на поводу у наших экономических конкурентов? Но тут ничего сделать нельзя, поскольку уже двадцать лет страна находится под управлением либеральной команды, для которой вступление в ВТО – одна из главных целей, которая носит не экономический, а сакральный характер. Попытки обсудить реальные цели этого вступления с представителями этой команды остаются безуспешными, аргументы они не слушают и не слышат. А значит, скорее всего, руководство страны не задумается, почему это наши конкуренты решили нам “помочь” в том месте, где они обычно вставляют палки в колеса. Очень жаль, но для российского правительства термин “российские интересы” по-прежнему остается достаточно абстрактным.

Источник: Профиль